— Понятно, — произнесла я и сама удивилась спокойствию своего голоса. Внутри всё горело, но внешне я почти не изменилась.
— Это не вся информация, — Виктор передал мне ещё несколько листов. — Ваш муж в последние месяцы консультировался со специалистами по семейным и имущественным спорам. Причём не только с тем юристом, которому звонил при вас.
— Значит, развод он готовил заранее?
— Похоже на то. И ещё один важный момент. Кристина получила юридическое образование. Сейчас работает финансистом, но раньше была помощником в юридической фирме. Возможно, именно она подсказала ему вариант с переоформлением собственности.
Я снова посмотрела на фотографии и не могла узнать Сергея. На снимках был влюблённый мужчина с живыми глазами, который нежно обнимал молодую женщину. За двадцать два года рядом со мной он почти никогда так не улыбался.
— Что вы советуете делать?
— У вас два пути, — ответил Виктор. — Можно ждать, когда он завершит подготовку и сам подаст заявление. Но тогда у него будет больше времени, чтобы спрятать деньги, оформить сделки или уничтожить переписку. Либо действовать первой и не дать ему закончить задуманное.
Я забрала папку и поехала домой. Квартира встретила меня тишиной. Я опустилась на диван в гостиной — тот самый, который мы с Сергеем десять лет назад долго выбирали и едва не поссорились из-за цвета обивки.
Я пыталась понять, что именно чувствую. Боль. Унижение. Злость. Но одновременно внутри появилось странное облегчение. Теперь я знала правду. Я не была подозрительной или сумасшедшей. Женский смех в телефоне действительно принадлежал его любовнице. Цветы, новые рубашки, командировки и предложение переоформить имущество были частями одного плана.
Сергей вернулся в пятницу вечером. В руках у него была коробка пирожных и большой букет жёлтых тюльпанов.
— Как ты, моя хорошая? — спросил он, целуя меня в щёку. — Соскучилась?
— Очень, — ответила я.
Мы сели ужинать, будто ничего не произошло. Сергей рассказывал о сложных переговорах, новых задачах и некомпетентности сотрудников петербургского филиала.
— Там одна молодая специалистка постоянно всё путает, — говорил он, разрезая запечённое мясо. — Диплом есть, а опыта никакого. Приходится всё объяснять по несколько раз.
Я кивала и думала, насколько легко ему удаётся лгать. Он спокойно сидел за нашим столом и рассказывал о женщине, с которой провёл почти всю неделю.
— Серёж, — сказала я после ужина. — Помнишь, ты предлагал оформить квартиру и машину на твою маму?
Он сразу оживился.
— Конечно. Ты приняла решение?
— Да. Думаю, ты прав. Давайте оформим.
На его лице появилась широкая улыбка — первая по-настоящему искренняя за долгое время.
— Отлично! Тогда в понедельник поедем к нотариусу. Я уже всё подготовил.
— Хорошо. Только перед этим я хочу ещё раз поговорить с юристом. Чтобы полностью успокоиться.
— Разумеется, — поспешно ответил он. — Я ничего не скрываю.
В субботу утром я отправилась к тому самому юристу, с которым Сергей разговаривал при мне. Это был аккуратный мужчина лет пятидесяти с уверенной улыбкой.
— Мы с вашим супругом уже обсуждали оформление, — сказал он. — Всё законно. При правильном подходе действительно удастся сократить расходы.
— А что произойдёт, если мы когда-нибудь разведёмся? — спросила я. — Кому тогда будет принадлежать квартира?
Юрист слегка пожал плечами.
— Если собственником станет мать вашего мужа, то квартира и машина не будут считаться совместным имуществом супругов. Следовательно, при разводе делить их не придётся. Но зачем вам думать о таком? Насколько я понял, в вашей семье всё прекрасно.
— Конечно, — улыбнулась я. — Мне просто хотелось разобраться.
— Понимаю. Женщины любят заранее беспокоиться.
Теперь сомнений не осталось. Этот специалист защищал интересы Сергея, а не нашей семьи. Смысл всей схемы заключался именно в том, чтобы вывести имущество из будущего раздела.
В воскресенье я снова встретилась со своим юристом. Мы подробно обсудили дальнейшие шаги.
— Заявление нужно подавать как можно скорее, — сказала она. — Не ждите, пока муж совершит новые действия. Главное — ничего не подписывать и не давать согласия на переоформление. После регистрации собственности на родственника оспаривать сделку будет намного сложнее.
— А фотографии с другой женщиной имеют значение?
— Они подтверждают ваши слова о подготовке к разводу и скрытых отношениях. Но для имущественного спора важнее доказательства попытки вывести собственность. У вас есть консультации, документы и свидетель частного расследования.
В понедельник я поднялась раньше Сергея, тихо оделась и вышла из квартиры. В суде было многолюдно. Пришлось долго ждать в коридоре, но я не ушла.
Я подала заявление о расторжении брака и отдельное требование о разделе совместно нажитого имущества. Несколько подписанных листов перечёркивали двадцать два года общей жизни.
— Укажите причину расторжения брака, — попросила сотрудница.
— Утрата доверия и фактическое прекращение семейных отношений, — ответила я.
