Оксана перевернула телефон экраном вниз и начала убирать со стола. Тарелки относила на кухню не торопясь. Столовые приборы складывала в раковину аккуратно и методично. Каждый убранный бокал словно возвращал ей небольшую часть собственного пространства.
Ночью Андрей позвонил ещё семь раз. После этого начала названивать его мать, Галина Степановна. Оксана не ответила ни на один звонок. Ближе к утру пришло длинное сообщение о том, что «женщина обязана быть мудрее», Андрей хоть и вспыльчивый, но в глубине души добрый, а разрушать семью из-за одной неудачной фразы недопустимо. Оксана прочитала текст и временно заблокировала номер. Не навсегда. Просто ей хотелось спокойно поспать.
Проснулась она рано, хотя легла далеко за полночь. Солнце уже ярко светило в окна, а на кухне становилось душно. Оксана умылась прохладной водой, собрала волосы, надела простую футболку и вызвала слесаря. Без громких заявлений, без сцен и обсуждений с соседями. Мастер приехал примерно через час, быстро установил новые замки и передал ей свежие ключи. Оксана проверила каждый, рассчиталась и убрала связку в сумку.
После этого она открыла ноутбук и написала своему юристу. Кратко, без жалоб и лишних эмоций: муж покинул квартиру, которая принадлежит ей на правах наследства, общих детей нет, добровольно согласиться на развод он, вероятнее всего, откажется, поэтому необходимо начинать подготовку документов для суда. К письму Оксана приложила перечень имущества, бумаги на квартиру и собственные заметки о последних событиях.
Около одиннадцати утра Андрей появился у двери.
Сначала нажал на звонок один раз. Затем постучал. Потом снова позвонил, уже настойчиво и долго.
— Оксана, открывай дверь! — донеслось с лестничной площадки. — Перестань устраивать этот цирк!
Она подошла к двери, но открывать не стала.
— Говори оттуда.
— Ты что, заменила замки?
— Да.
— Ты совсем свихнулась?
— Ты пришёл забрать оставшиеся вещи?
— Я вернулся домой!
— Это не твой дом, а моя квартира. Вчера ты взял всё необходимое и ушёл. Остальные вещи получишь позже, по предварительной договорённости. Я приглашу свидетеля, чтобы потом не было споров.
За дверью послышался глухой удар ладонью по стене.
— Открой немедленно, я сказал!
Оксана взяла телефон и отчётливо произнесла:
— Продолжишь кричать и стучать — я вызову полицию.
На площадке моментально стало тише. Андрей прекрасно понимал: теперь она не пытается напугать. Она действительно предупреждает.
— Думаешь, суд будет на твоей стороне? — зло спросил он. — У меня тоже есть права.
— Право на развод у тебя действительно есть. На мою наследственную квартиру — нет.
— Я прожил здесь много лет!
— Потому что я это позволяла.
Некоторое время он молчал. Затем его голос изменился, став мягким и почти ласковым.
— Оксан, открой дверь. Давай поговорим нормально. Я сорвался. Друзья, алкоголь, духота. Ляпнул глупость. Ты ведь знаешь, что я ничего такого не хотел.
Оксана на мгновение закрыла глаза. Вот и первая попытка вернуть всё назад. Настолько предсказуемая, что почти скучная.
— Андрей, ты не случайно оступился. Ты годами вырабатывал такое отношение ко мне. Вчера лишь произнёс всё слишком громко.
— Я извинюсь перед тобой.
— Теперь уже поздно.
— Сколько можно повторять одно и то же? Всё из-за одной несчастной фразы?
Оксана резко открыла дверь, оставив её на цепочке. Андрей стоял на площадке помятый, раздражённый, с покрасневшими глазами. В руках не было ни цветов, ни сумки, ни документов. Только телефон. Значит, он пришёл не за вещами и не ради примирения. Ему хотелось проверить, насколько серьёзны её намерения.
— Дело не в одной фразе, — сказала она. — Дело в том, что ты давно перестал считать меня человеком. В том, что существовал на мои деньги и при этом изображал хозяина. В том, что решил купить смех приятелей ценой моего унижения. И в том, что даже сейчас тебя тревожит не собственный поступок, а то, что я осмелилась тебе ответить.
Андрей плотно сжал челюсть.
— Ты об этом пожалеешь.
— Ты это уже писал.
Она закрыла дверь.
После этого начался второй этап противостояния — не шумный, зато вязкий и неприятный. Андрей рассказывал общим знакомым, что жена безжалостно выставила его «в никуда». Утверждал, будто Оксана давно планировала от него избавиться. Намекал, что у неё, вероятно, появился другой мужчина. Несколько знакомых осторожно написали ей, желая услышать её версию. Оксана ни перед кем не оправдывалась. Каждому отвечала одинаково: «Андрей оскорбил меня при гостях, не извинился по существу, квартира принадлежит мне. Остальное обсуждать не собираюсь».
Паша позвонил самостоятельно.
— Оксан, он уже всех достал. Утверждает, что ты перевернула историю с ног на голову.
— Ты присутствовал.
— Именно поэтому и звоню. Если понадобится свидетель, я расскажу всё как было.
— Если потребуется, обязательно обращусь. Спасибо.
— Он ведь и раньше так шутил? Не только в тот вечер?
