Артём плотно сжал челюсти. Он то приближался, то снова отступал, явно пытаясь найти способ вернуть прежнюю Светлану — ту, которая всегда уступала.
— Ты ещё пожалеешь, что так со мной обошлась, — процедил он.
— Не думаю, — спокойно ответила она. — Я уже достаточно жалела. На несколько лет вперёд. Теперь настало время пожить легко.
— Считаешь себя сильной?
— Я об этом вообще не думаю, — Светлана достала телефон. — Завтра отправлю подробный расчёт: суммы, даты, чеки и подписи. Согласишься — деньги поступят на твой счёт в тот же день. Не согласишься — будем разбираться дольше, возможно, через суд. Но сумма от этого не увеличится. Скорее наоборот, может заметно уменьшиться.
— Почему ты так стремишься поскорее со всем покончить?
— Потому что терпеть не могу незавершённые дела, — ответила она. — Ни в работе с фарфором, ни в собственной жизни. Когда что-то разбивается, нужно быстро собрать осколки и решить, можно ли их склеить. Чем дольше тянешь, тем хуже становится.
В следующий раз Светлана пригласила его в небольшую мастерскую, где занималась росписью фарфора. Она намеренно выбрала именно это помещение. Здесь ей всегда было спокойно, а Артёма раздражали стоящие повсюду кисточки, краски и аккуратные ряды белых чашек. Он пришёл напряжённым. Вместе с ним появилась Алина.
— Я привёл Алину, чтобы вы наконец познакомились нормально, — объявил он, едва переступив порог. — Хватит прятаться и обсуждать друг друга за спиной.
— Здравствуйте, Алина, — Светлана спокойно отложила кисточку. — Проходите. Только двигайтесь осторожно, здесь сохнут заготовки.
Алина прошла дальше, окидывая помещение слегка высокомерным взглядом.
— Значит, вот где вы проводите целые дни, — сказала она. — Артём рассказывал, что здесь тесновато. И действительно, особо не развернёшься.
— Зато здесь всё принадлежит мне, — ответила Светлана. — От одной стены до другой. Что именно привело вас сюда, Алина? Решили посмотреть мне в глаза?
— Я хотела попросить вас перестать цепляться за мужчину, который вас уже не любит, — Алина скрестила руки на груди. — Просто отпустите его. И не пытайтесь забирать все деньги. Артём заслуживает возможности достойно начать новую жизнь.
— Очень любопытно, — Светлана перевела взгляд на мужа. — Артём, какую сумму из «нашего» ты ей пообещал?
Он заметно дёрнулся.
— Я ей ничего не обещал.
— Обещал, ещё как, — спокойно возразила Алина. — Половину стоимости квартиры. Ты говорил, что отсудишь… То есть договоришься.
— Алина! — сердито прошипел он.
— Что «Алина»? — она вскинула подбородок. — Ты два месяца рассказывал мне про эту половину. По-твоему, я зря трачу на тебя время?
Светлана негромко рассмеялась. В её смехе не было злости. Скорее она выглядела человеком, которому наконец показали недостающий фрагмент сложной головоломки.
— Теперь всё окончательно понятно, — произнесла она. — Артём, ты приходил ко мне вовсе не за справедливостью. Ты просто должен был отчитаться перед ней. Сколько сумеешь вынести из дома, настолько сильно она тебя и любит.
— Это тебя больше не касается, — пробормотал он.
— Согласна, теперь действительно не касается, — кивнула Светлана. — Алина, скажу прямо и без обид. Половины Артём не получит, потому что она ему не принадлежит. Есть только его треть. И переведу я её на банковский счёт, а не выдам наличными, чтобы вам потом не пришлось спорить, кто из вас первым потратил деньги. И это ещё при условии, что он согласится решить всё мирно. Через суд сумма может оказаться значительно меньше.
— Вы не можете… — начала Алина.
— Могу, — мягко перебила её Светлана. — Таковы мои условия. Хотите получить деньги — принимайте их на этих условиях. Не устраивает — можете остаться при своих принципах. Говорят, иногда они тоже неплохо согревают.
Алина резко повернулась к Артёму. Её лицо заметно изменилось.
— Ты уверял, что всё пройдёт легко, — недовольно произнесла она. — Говорил, что она тихая и подпишет любые бумаги.
— Раньше она действительно была тихой, — растерянно сказал Артём.
— Была, — подтвердила Светлана. — Пока считала, что своим молчанием сохраняю семью. Потом поняла, что таким образом поддерживаю лишь твою наглость. После этого молчать перестала.
Артём приблизился к ней. Его лицо стало напряжённым и жёстким.
— Знаешь, кем ты стала? — выпалил он. — Холодной, расчётливой…
— Продолжай, — невозмутимо предложила Светлана. — Только тщательно выбирай выражения. Здесь вокруг очень хрупкий фарфор, а голос у тебя слишком грубый.
Он внезапно замолчал. Алина потянула его за рукав.
— Пойдём отсюда, — сказала она. — Разговаривать с ней бессмысленно. Она тебя полностью переиграла, а ты только стоишь и ничего не можешь ответить.
— Никто здесь никого не переигрывал, — заметила Светлана, снова взяв кисточку. — Я лишь перестала специально проигрывать. Дверь открыта. Всего доброго.
Они вышли из мастерской, и через закрытую дверь Светлана услышала их раздражённый спор. Алина резко что-то выговаривала, Артём пытался оправдываться. Светлана спокойно окунула тонкую кисть в синюю краску и провела идеально ровную линию по белоснежной поверхности чашки.
