Тогда я оформил усыновление.
Я назвал девочек Эшли, Кейли и Сарой — именно эти имена Джен записала в блокнот, который я нашёл, разбирая её вещи. Рядом с каждым именем она нарисовала маленькое сердечко.
Мои прежние планы закончились в тот день, когда умерла сестра. Но жизнь всё равно продолжалась.
Мы учились быть семьёй вместе. Ездили в короткие поездки, когда удавалось выкроить время и деньги. Ночевали в дешёвых мотелях. Ели слишком много фастфуда. По выходным помогали в приюте для животных. Девочки кормили щенков и ссорились из-за того, кому достанется подержать котёнка.
Так прошло восемь лет.
И я правда думал, что самое страшное уже позади.
Мы жили в тихом пригороде, среди хороших людей.
Миссис Харгривс, наша соседка, присматривала за девочками, если я задерживался на работе. Она научила их вязать кривые шарфы и печь печенье, которое каким-то чудом всегда было одновременно и подгоревшим, и сырым.
Они называли её бабушкой, хотя родства между нами не было никакого.
Симона, жившая через дорогу, помогала по-другому — тихо, без лишних слов. Она приносила суп, когда кто-то из девочек заболевал, и оставляла у двери коробки с книгами, которые, как она говорила, её племяннице уже не нужны.
Иногда в благодарность я готовил ей ужин. Иногда ловил себя на мысли, что, может быть, когда-нибудь жизнь даст нам шанс на что-то большее.
Но однажды всё изменилось.
В тот день мы играли с нашей собакой Бисквитом во дворе, когда к воротам подъехала машина.
Сначала я подумал, что это доставка.
Потом ворота открылись, и у меня всё похолодело внутри.
Это был Крис.
Мужчина, бросивший мою сестру и своих дочерей ещё до их рождения, стоял перед нашим домом, будто имел на это право.
На его лице играла улыбка. В руках он держал три коробки и три небольших букета. А за спиной у него стояли двое крепких мужчин с пустыми лицами и скрещёнными руками.
Он даже не посмотрел на меня.
Сразу присел перед девочками.
— Привет, мои красавицы. Смотрите, что я вам привёз. Пойдёмте со мной к машине, я покажу вам кое-что интересное.
Прежде чем я успел заслонить их собой, двое мужчин шагнули вперёд.
— Отойдите, — произнёс один из них, подняв руку, но не касаясь меня. — Сэр, не усложняйте. Так будет проще для всех.
За их спинами девочки замерли. Бисквит начал яростно лаять, чувствуя напряжение.
— Я понимаю, что это неожиданно, — продолжал Крис уже мягким голосом, обращаясь к ним. — Но я ваш отец.
У меня внутри всё сжалось.
Отец.
Это слово прозвучало как оскорбление.
— Девочки, ко мне! Сейчас же! — крикнул я.
Они нерешительно двинулись в мою сторону, но Крис моментально воспользовался этим.
— Я слишком многое пропустил, — сказал он. — И хочу всё исправить. Поехали со мной, и я всё вам объясню.
Эшли нахмурилась.
— Почему мы тебя не знаем?
Он коротко усмехнулся.
— Потому что взрослые иногда совершают ошибки.
Я снова попытался пройти вперёд, но мужчины каждый раз зеркально смещались и перекрывали мне путь. Они явно знали, как удержать человека, даже не прикасаясь к нему.
— Бегите! Сейчас же бегите от него! — крикнул я.
Эшли и Кейли сразу сорвались с места.
Сара на секунду растерялась.
Эшли развернулась, схватила её за руку и потянула за собой.
И тут двор прорезал резкий голос:
— Что здесь вообще происходит?!
У ворот стояла миссис Харгривс с корзиной помидоров. Глаза у неё были широко раскрыты от увиденного. Девочки бросились к ней и прижались к её ногам.
Крис выпрямился. На мгновение его улыбка дрогнула.
— Я их отец, — сказал он. — Я просто приехал увидеть детей. Они немного напуганы.
— Они не напуганы. Они плачут, — отрезала миссис Харгривс. — И я живу рядом уже восемь лет. Я ни разу вас здесь не видела.
В этот момент мне наконец удалось обойти мужчин.
— Ты бросил их ещё до рождения, — сказал я, подходя к Крису вплотную.
— Я не пришёл спорить, — процедил он. — Мне просто нужно, чтобы девочки немного побыли со мной.
— Зачем? — резко спросила миссис Харгривс.
Его челюсть напряглась.
— Есть наследство по линии моей семьи. Для этого… нужно оформить опеку.
Меня будто ударило током.
— Так вот зачем ты явился? Ради денег? Ты решил использовать собственных детей?
— Они потом вернутся, — быстро ответил он. — Когда всё закончится, ты сможешь снова их забрать.
— Убирайся отсюда, — рявкнул я. — Сейчас же.
И в этот момент он сорвался.
Резко шагнул вперёд и схватил Кейли и Сару за запястья.
Они закричали.
— Отпусти их! — заорал я и бросился вперёд.
Мужчины снова попытались меня задержать, но на этот раз я сумел проскользнуть между ними и встал прямо перед воротами.
— Ты не увезёшь моих детей! — крикнул я. — Ты их бросил. Я их усыновил. Они моя семья!
Кейли и Сара плакали и вырывались. Эшли била Криса маленькими кулачками. Бисквит носился вокруг и заливался бешеным лаем.
И тут раздался ещё один голос:
— Я уже вызвала полицию!
Это была Симона. Она стояла с телефоном в руке, бледная, но твёрдая.
