— Я забыла, каково это — стоять прямо и не чувствовать боли.
Она улыбнулась.
— Вы удивитесь, но я слышу такие слова очень часто.
Когда врач разрешил мне продолжить восстановление дома, я чувствовала себя так, словно получила второй шанс.
Мне не терпелось снова начать заниматься спортом.
Я мечтала выбирать одежду потому, что она мне нравится, а не потому, что помогает спрятать тело.
Но сильнее всего мне хотелось вернуться домой и разделить радость с Джеральдом.
Утром он написал мне сообщение.
«Жду не дождусь, когда ты вернёшься домой».
«Люблю тебя».
Я улыбнулась, глядя на экран.
Дорога домой показалась необычно короткой.
Почти всё время я представляла, сколько мелочей теперь изменится. Когда машина остановилась у дома, Джеральд взял мою сумку, а я осторожно пошла за ним.
Дом.
Я улыбнулась.
— Как же приятно вернуться.
Джеральд закрыл за нами дверь.
— Нам нужно поговорить.
Его тон сразу меня насторожил.
Я повернулась к нему.
— О чём?
— Давай сядем.
Я осторожно последовала за ним в столовую, потому что грудь всё ещё болела.
Он отодвинул для меня стул.
Я машинально поблагодарила его и медленно села.
Затем он устроился напротив.
Скрестил руки на груди.
И даже не улыбнулся.
Несколько неприятных секунд мы молчали. Наконец я не выдержала.
— Ты меня пугаешь.
Он достал телефон, разблокировал его и положил передо мной.
Я посмотрела на экран.
Там был открыт сайт клиники эстетической хирургии.
Пересадка волос.
Коррекция линии подбородка.
Липосакция.
Зубные виниры.
Я нахмурилась.
— Что я должна здесь увидеть?
Он откинулся на спинку стула.
— Я много думал.
— О пластической хирургии?
— О справедливости.
Я посмотрела на него, совершенно ничего не понимая.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты потратила пять тысяч долларов из наших семейных накоплений.
Я несколько раз моргнула.
— Мы вместе это решили.
— Да.
— Тогда в чём проблема?
— Думаю, будет справедливо, если я тоже что-нибудь получу.
Я рассмеялась, потому что была уверена, что он шутит.
— Ты меня на секунду действительно напугал.
— Я говорю серьёзно.
Улыбка исчезла с моего лица.
— О чём именно ты говоришь?
— Ты сделала операцию за пять тысяч долларов.
Я молча смотрела на него.
— Значит, теперь я тоже имею право потратить пять тысяч на то, что хочу.
Я ждала, что он улыбнётся.
Но этого не произошло.
— Ты не можешь говорить серьёзно.
— Ещё как могу.
Я отодвинула телефон обратно в его сторону.
— Джеральд, моя операция не была дорогой прихотью.
— Но деньги ты всё равно потратила.
— Чтобы избавиться от многолетней хронической боли.
— И одновременно ты изменила внешность.
— Моя внешность изменилась потому, что собственное тело причиняло мне боль.
Он пожал плечами.
— Это лишь твоя точка зрения.
Внутри всё сжалось.
— Моя точка зрения?
— Лайла, множество женщин платят огромные деньги, чтобы увеличить грудь.
— А я заплатила, чтобы перестать страдать.
— Но операция всё равно была пластической.
— Нет. Это была процедура, рекомендованная врачом.
— Она изменила то, как ты выглядишь.
— Она изменила то, как я себя чувствую.
Он тяжело вздохнул, будто именно я не понимала очевидного.
— Я просто считаю, что в браке всё должно быть поровну.
— У нас и так всё поровну.
— Нет.
Он снова коснулся пальцем сайта клиники.
— Если ты можешь что-то улучшить в себе, значит, и я имею право улучшить что-то в себе.
Я смотрела на него, пытаясь понять, откуда вообще взялся этот разговор.
— И что именно ты хочешь сделать?
— Пересадку волос.
Я удивлённо моргнула.
— Пересадку волос?
— Я изучаю этот вопрос уже несколько месяцев.
— Несколько месяцев?
Он кивнул.
— Я даже выбрал клинику.
Внутри меня что-то изменилось.
— Значит, ты всё это заранее планировал?
— Я ждал подходящего момента.
Несмотря на тёплый день, мне стало холодно.
— Подходящего момента?
— Когда ты заговорила об операции, я подумал, что это логично. Если наши накопления можно потратить на то, чего хочешь ты, значит, их можно потратить и на то, чего хочу я.
Я посмотрела на мужчину, который держал меня за руку перед операцией, целовал в лоб перед тем, как меня увезли в операционную, и писал, что не может дождаться моего возвращения.
А затем задала вопрос, ответ на который внезапно испугалась услышать.
— Джеральд, ты поддержал мою операцию потому, что хотел избавить меня от боли, или потому, что рассчитывал получить что-то взамен?
Он ответил не сразу.
Вместо этого взял телефон, заблокировал экран и положил его рядом с кружкой, будто мы обсуждали расходы на продукты, а не самый важный момент моего восстановления.
— По обеим причинам, — наконец произнёс он.
Я уставилась на него.
— Ты же не можешь считать эти ситуации одинаковыми.
— Я считаю, что брак строится на компромиссах.
Я недоверчиво усмехнулась.
— И чем именно пожертвовал ты?
