— Подожди, Антон! Почему ты вообще решил, что я жду твоего возвращения домой? — произнесла Аня, глядя прямо на бывшего мужа. — Ты когда-то выбрал свою семью. Теперь меня твои трудности больше не касаются.
Аня как раз забила последний гвоздь в недавно собранную полку для рассады, когда со стороны двора донёсся протяжный скрип ворот.
Она замерла, прислушиваясь.
По шуму двигателя машина была незнакомой. Затем глухо хлопнула дверца, по бетонной дорожке раздались быстрые шаги, а через несколько секунд кто-то настойчиво постучал в дверь.
— Аня, открой! Я знаю, что ты дома!
Этот голос она узнала мгновенно.
Сердце на секунду будто остановилось, а затем забилось так сильно, что удары отдавались в горле.
Антон.
Её бывший муж.
Тот самый Антон, который пять лет назад сложил вещи в чемоданы и уехал жить к своей матери, Ольге Ивановне, оставив Аню одну с маленькой дочерью, неоплаченными счетами и кредитами.
— Что тебе нужно? — спросила она через закрытую дверь. — Если пришёл к Кате, то она ещё в школе.
— Я пришёл к тебе, Ань. Открой, пожалуйста. Нам необходимо серьёзно поговорить.
Аня вытерла испачканные руки о старые джинсы, подошла к двери и повернула замок.
На пороге стоял Антон.
Он заметно похудел, под глазами залегли тёмные круги, а серый пиджак выглядел так, будто его несколько дней не снимали и ни разу не гладили.
Перед ней был совсем не тот самоуверенный мужчина, который когда-то повторял:
«Мама лучше понимает жизнь. Мама всегда права».
— Что с тобой случилось? — спросила Аня, непроизвольно отступив на шаг. — Ты заболел?
— Можно войти? Пожалуйста.
Она молча посторонилась.
Антон прошёл через прихожую на кухню, тяжело опустился на табурет и обхватил голову руками.
— Я оказался полным идиотом, Аня. Настоящим идиотом.
— Это я поняла ещё пять лет назад, — холодно ответила она, скрестив руки на груди. — Ты специально приехал, чтобы сообщить мне эту новость?
— Мать выгнала меня из дома, — выдохнул Антон, не поднимая глаз.
Внутри у Ани что-то неприятно оборвалось.
Но это была уже не боль. Боль она пережила несколько лет назад.
Осталось лишь глухое раздражение.
Она слишком хорошо помнила, как Ольга Ивановна постепенно вбивала клин между супругами.
Свекровь постоянно говорила сыну:
«Эта женщина тебе не пара. Она выросла в простой семье. Посмотри, какие у неё деревенские привычки».
Именно Ольга Ивановна убедила Антона продать их общую квартиру и перебраться в её большой загородный дом.
А потом он безропотно собрал вещи, тогда как Аня стояла в дверях с маленькой дочкой на руках и чувствовала, будто почва исчезает из-под ног.
— И что теперь? — ровным тоном спросила она. — Ты решил вернуться ко мне, словно ничего не произошло?
— Аня, я наконец всё понял. Мама использовала меня. Для неё я был всего лишь удобным сыном, который приносит деньги, оплачивает счета и выполняет любые требования. Когда я заболел, она сказала, чтобы я отправлялся к бывшей жене, потому что ухаживать за мной она не собирается.
— Чем ты болел?
— Пневмонией.
Он негромко кашлянул, и Аня заметила дрожь в его пальцах.
— Я почти две недели провёл в больнице. Мать ни разу не пришла. Даже не позвонила нормально. А когда меня выписали, она заявила, что я должен немедленно съехать. Сказала, что устала постоянно решать мои проблемы.
Аня молчала.
Где-то глубоко внутри ненадолго шевельнулась жалость, но она сразу заставила себя не поддаваться этому чувству.
За последние пять лет ей пришлось пережить слишком многое.
Она прекрасно помнила бессонные ночи, две работы, бесконечные заказы и постоянный страх, что денег снова не хватит.
Она делала всё, чтобы Катюша не чувствовала себя хуже других детей.
А ещё помнила слёзы, которые прятала в подушку, когда дочка спрашивала:
— Мама, папа нас больше не любит?
— Антон, — тихо произнесла она, — мне жаль, что с тобой это случилось. Правда жаль. Но мой дом — не реабилитационный центр для мужчины, которого отвергла его мать.
— Я не прошу тебя ухаживать за мной, — он поднял отчаянный взгляд. — Просто разреши пожить здесь несколько дней. Я найду работу, сниму комнату или квартиру. Сейчас у меня совсем нет денег. Мама всё забрала.
— А банковская выписка? — неожиданно спросила Аня.
Она вспомнила документ, который несколько месяцев назад случайно обнаружила среди старых вещей Антона, разбирая гараж.
Он заметно побледнел.
— Какая ещё выписка?
— Та самая, из которой следует, что Ольга Ивановна перевела двести тысяч рублей с вашего общего счёта на свой личный. Это случилось примерно за месяц до того, как ты бросил нас. Тогда я подумала, что ты сам согласился на перевод. Теперь начинаю понимать, что она просто забрала твои деньги.
Лицо Антона стало почти белым.
— Откуда у тебя этот документ?
— Нашла во внутреннем кармане куртки, которую ты забыл, когда уходил. Я собиралась выбросить бумагу, но почему-то сохранила. Наверное, интуиция подсказала.
— Ань, покажи мне выписку, — попросил он, протягивая руку.
