Елена услышала настойчивую трель дверного звонка и сразу поняла, кто стоит на площадке. В груди неприятно кольнуло: Галина Аркадьевна снова приехала без приглашения и предупреждения. Открыв дверь, Елена увидела свекровь с большой дорожной сумкой на плече и самодовольной улыбкой.
— Здравствуй, Леночка! — певуче произнесла Галина Аркадьевна и, не дожидаясь разрешения, прошла в прихожую. — Решила проведать вас с Димочкой. Надеюсь, вы мне рады?
Елена с трудом проглотила раздражение. Разумеется, никакой радости она не испытывала, но сказать об этом прямо пока не решалась.
— Проходите, — натянуто ответила она. — Дмитрий ещё на работе, но скоро должен вернуться.
— Замечательно! — Свекровь медленно осмотрела квартиру, словно приехала с санитарной проверкой. — А я пока приготовлю нормальный ужин. Хочу накормить сына домашней едой, а не вашими этими… — она выразительно посмотрела на невестку, — магазинными заготовками.
Елена сжала зубы. Готовить она умела прекрасно, и Дмитрий всегда хвалил её блюда. Но Галина Аркадьевна, похоже, с первой минуты решила вывести невестку из равновесия.
Пока свекровь хозяйничала на кухне, Елена попыталась заняться своими делами. Однако напряжение в квартире становилось почти физическим. Примерно через полчаса из кухни раздался возмущённый крик:
— Елена! Немедленно иди сюда!
Она поспешила на зов и остановилась в дверях. Галина Аркадьевна стояла возле плиты с половником в руке, а её лицо выражало такое негодование, будто она обнаружила преступление.
— Попробуй! — приказала свекровь, поднося ложку с супом.
Елена осторожно сделала глоток и поморщилась. Суп, сваренный ею ещё вчера, оказался невероятно солёным.
— Как можно было приготовить подобное? — всплеснула руками Галина Аркадьевна. — Это же невозможно есть! Бедный мой Димочка. И как он терпит такую пищу?
— Я добавляла совсем немного соли, — растерянно произнесла Елена. — Вчера пробовала, всё было нормально.
— Не знаю, что именно ты пробовала, но сейчас суп пересолен. Ты ведь сама только что убедилась.
Елена молча наблюдала, как свекровь с демонстративным отвращением выливает содержимое кастрюли в раковину и что-то бормочет о современных женщинах, которые не умеют вести хозяйство. Внутри всё кипело, но Елена пока сохраняла спокойствие.
На следующее утро очередной сюрприз ждал её в ванной. Елена намочила волосы и выдавила на ладонь шампунь, но из флакона потекло жидкое средство с другим запахом. Она проверила вторую бутылку и поняла, что шампунь и бальзам поменяли местами.
— Галина Аркадьевна, — позвала она, выходя из ванной с полотенцем на мокрых волосах, — вы случайно ничего не переливали в бутылках?
— В каких ещё бутылках? — с невинным видом переспросила свекровь, появляясь в коридоре. — Ах, в этих. Я вообще их не касалась. Наверное, ты сама перепутала, когда торопилась. Надо внимательнее относиться к таким вещам. Хорошая хозяйка всегда знает, где и что у неё находится.
Елена чувствовала, как терпение медленно уходит. Галина Аркадьевна явно наслаждалась происходящим. В её глазах время от времени вспыхивала плохо скрытая насмешка.
Третий день визита начался с исчезновения любимых туфель Елены. Она уже опаздывала на работу и в панике обыскивала прихожую и спальню.
— Вы не видели мои чёрные лодочки? — спросила она у свекрови.
— А разве ты не убрала их в шкаф? — удивлённо ответила та. — Странно. Может, невнимательно смотришь?
Туфли нашлись в кладовке, аккуратно поставленные за старым тазом. Когда Елена поинтересовалась, как обувь могла там оказаться, Галина Аркадьевна равнодушно пожала плечами.
— Откуда мне знать? Может, собака утащила.
Собаки у них тоже не было.
Дмитрий, возвращаясь домой, замечал усталое и напряжённое лицо жены, но считал, что она просто нервничает из-за временного присутствия матери. При сыне Галина Аркадьевна мгновенно превращалась в воплощение мягкости и заботы.
— Димочка, сынок, — ласково говорила она, накладывая ему еду, — как же я соскучилась! А Леночка у тебя чудесная, мы с ней замечательно проводим время. Правда, дорогая?
Елена молча кивала, изо всех сил скрывая раздражение. Дмитрий улыбался, искренне радуясь тому, что две самые близкие женщины наконец нашли общий язык.
К концу недели нервы Елены были натянуты до предела. Каждое утро приносило новую неприятность. Крем для лица исчезал и обнаруживался в овощном ящике холодильника. Тюбик зубной пасты оказывался полностью выдавленным в раковину. Ключи от машины внезапно находились в морозильной камере.
Галина Аркадьевна всякий раз изображала искреннее удивление и находила объяснение, согласно которому виноватой неизменно оказывалась Елена. То она слишком рассеянная, то невнимательная, то совершенно не умеет следить за домом.
— Ума не приложу, как Дмитрий с тобой живёт, — вздыхала свекровь. — У меня дома каждая вещь всегда лежала на своём месте. Порядок должен быть во всём.
Дмитрий после работы был уставшим и не хотел разбираться в женских конфликтах. Он лишь просил супругу быть терпимее.
— Мама уже в возрасте, — объяснял он. — Может, забывает что-то или случайно переставляет. Просто не обращай внимания.
Но Елена прекрасно понимала: Галина Аркадьевна ничего не забывала и не путала. Каждая её выходка была тщательно продумана и выполнена с почти профессиональной точностью.
Последней каплей стало субботнее утро. Елена решила постирать дорогой комплект постельного белья из светлого шёлка. Его подарила мама на свадьбу. Для Елены этот комплект был не просто красивой вещью, а символом родительской любви, начала новой семьи и добрых пожеланий.
Она аккуратно загрузила бельё в стиральную машину, налила средство для деликатных тканей и выбрала щадящий режим. Галина Аркадьевна в это время находилась на кухне и делала вид, что занята приготовлением завтрака.
Примерно через час Елена вернулась в ванную, чтобы достать бельё. Открыв дверцу машины, она замерла и почувствовала, как у неё подкашиваются ноги.
Комплект был безнадёжно испорчен. Нежный молочный шёлк приобрёл розоватый оттенок, а среди простыней и наволочек лежал ярко-красный женский носок. Елене он точно не принадлежал.
— Что это такое?! — закричала она, вытаскивая носок из барабана.
На крик прибежала Галина Аркадьевна с привычным выражением невинного недоумения.
— Что произошло? — Она посмотрела на бельё и театрально всплеснула руками. — Господи, как же это случилось?
— Откуда в машинке этот носок? — Елена подняла его перед лицом свекрови.
— Понятия не имею, — с возмущением ответила та. — Может быть, ты сама забыла проверить барабан? Или Дмитрий что-то стирал перед этим?
— Это ваш носок! — Голос Елены дрожал от ярости. — Вы специально положили его к белью!
— Ты в своём уме? — возмутилась Галина Аркадьевна. — Зачем мне портить чужие вещи? Что за нелепые обвинения?
Однако в глазах свекрови светилось довольство. Она явно наслаждалась реакцией Елены.
— Этот комплект подарила мне мама на свадьбу, — с трудом произнесла Елена. — Он был очень дорогим и важным для меня.
— Велика потеря, — пожала плечами Галина Аркадьевна. — Всего лишь постельное бельё. Купите другое. А вообще, если бы ты внимательнее занималась хозяйством, подобных неприятностей не происходило бы.
После этих слов внутри Елены будто оборвалась последняя нить. Вся злость, которую она копила на протяжении недели, все издевательства, насмешки и унижения вырвались наружу.
— Довольно! — закричала она так громко, что свекровь невольно отступила. — Я больше не собираюсь это терпеть! Собирайте свои сумки и немедленно уходите из моей квартиры!
Галина Аркадьевна сделала вид, что не понимает, о чём речь.
— Елена, ты здорова вообще? Что на тебя нашло? Я ничего тебе не сделала!
— Ничего не сделали?! — Елена уже не могла остановиться. — Вы целую неделю надо мной издеваетесь! Пересолили суп, перепутали содержимое бутылок, прятали обувь и ключи, испортили косметику, а теперь уничтожили подарок моей матери! Вы считаете меня полной дурой?
— Что за бред ты несёшь? — Свекровь попыталась перейти в наступление. — У тебя явно проблемы с нервами. Тебе к специалисту нужно, а не на людей кричать!
— Вон отсюда! — Елена указала на дверь. — Немедленно собирайтесь и уходите! И больше никогда не приезжайте сюда без предупреждения!
На крики прибежал проснувшийся Дмитрий. Увидев разъярённую жену, испорченное бельё и растерянную мать, он попытался разобраться.
— Что произошло? — спросил он, переводя взгляд с одной женщины на другую.
— Твоя мать всю неделю надо мной издевается! — выпалила Елена, показывая розовое бельё. — Посмотри, что она сделала с подарком моей мамы!
Дмитрий взял в руки наволочку, затем заметил красный носок и нахмурился.
— Мам, почему твой носок оказался в стиральной машине?
— Откуда я знаю, сынок? — Галина Аркадьевна тут же изобразила обиду. — Наверное, случайно туда попал. А Елена кричит на меня, будто я специально всё подстроила.
— Именно специально! — не выдержала Елена. — Она каждый день устраивала новые пакости! Добавляла соль в еду, прятала вещи, переливала средства в ванной, выбрасывала пасту! А теперь испортила бельё!
Дмитрий внимательно посмотрел на мать. И впервые заметил в её глазах не растерянность, а плохо скрываемое удовлетворение.
— Мам, — медленно спросил он, — ты правда ничего из этого не делала?
Галина Аркадьевна поняла, что продолжать притворяться бессмысленно. Её лицо резко изменилось. Исчезло выражение беззащитной жертвы, уступив место раздражению.
— Ну и что, если кое-что делала? — огрызнулась она. — Я хотела проверить, какая она жена! А она сразу начала орать. Значит, характер у неё отвратительный!
— Ты решила её проверять? — Дмитрий не поверил своим ушам. — Зачем?
— Потому что хочу, чтобы у моего сына была нормальная жена, а не эта истеричная особа! — окончательно сорвалась Галина Аркадьевна. — Посмотри, как она разговаривает со старшими! Где уважение? Где воспитание?
— Уважение не выдаётся автоматически вместе с возрастом! — ответила Елена. — Его нужно заслужить. А вы ведёте себя как человек, которому нравится унижать других!
— Всё, достаточно! — Дмитрий поднял руку, останавливая обеих. — Мама, собирай вещи. Я закажу тебе машину.
— Что?! — Свекровь побледнела. — Ты выгоняешь родную мать из-за этой женщины?
— Из-за моей жены, — твёрдо произнёс Дмитрий. — Которую ты намеренно доводила всю неделю.
Пока Галина Аркадьевна с громкими причитаниями складывала вещи, Дмитрий вызвал такси. Елена осталась на кухне, прижимая к себе испорченную простыню. Слёзы текли по её лицу.
— Прости меня, — тихо сказал Дмитрий, подойдя ближе. — Я действительно не понимал, что она делает это специально.
— Твоя мать меня ненавидит, — ответила Елена. — Она не остановится, пока не разрушит наши отношения.
— Остановится, — Дмитрий обнял жену. — С этого дня она не появится здесь без нашего согласия. А если снова попытается тебя унизить, ей придётся забыть дорогу в этот дом.
Когда приехало такси, Галина Аркадьевна продолжала изображать оскорблённую мать.
— Димочка, опомнись! Она специально настраивает тебя против меня! Разве ты не видишь?
— Мама, ты сама всё устроила, — устало сказал Дмитрий, поднимая её сумку. — Зачем было мучить Елену?
— Я хотела проверить, насколько она подходит тебе!
— Проверила. Теперь ты знаешь, что у неё есть достоинство и она не позволит над собой издеваться.
Посадив мать в автомобиль, Дмитрий наклонился к открытому окну.
— В следующий раз сначала позвони. И прекрати эти игры. Если ещё раз сделаешь Елене что-нибудь подобное, тебя здесь больше не примут.
Галина Аркадьевна что-то раздражённо пробормотала, но Дмитрий уже закрыл дверь и отошёл от машины.
Вернувшись в квартиру, он увидел жену на кухне. Елена всё ещё держала испорченный комплект. Дорогая ткань навсегда изменила цвет.
— Мне очень жаль, — сказал Дмитрий. — Мы обязательно купим новый.
— Дело совсем не в цене, — тихо ответила Елена. — Его подарила мама. Она сказала, что это подарок на счастье.
— Наше счастье не зависит от простыней, — произнёс Дмитрий и снова обнял её. — Главное, что мы вместе. И я больше никому не позволю вмешиваться в нашу семью. Даже собственной матери.
Елена прижалась к мужу и почувствовала, как напряжение последних дней постепенно отпускает. Она понимала, что конфликт со свекровью вряд ли закончится так легко. Но теперь знала главное: Дмитрий увидел правду и встал на её сторону.
А Галина Аркадьевна, сидя на заднем сиденье такси по дороге домой, уже обдумывала, как отомстить. Смириться с поражением она не собиралась. Невестка ещё должна была пожалеть о том, что осмелилась выставить её за дверь.
Но продолжение этой истории началось уже позже.
