— Послушай, брат. Тут ситуация такая… Я заметил, как твоя жена возле столов одно за другим брала угощения. Икра, рыба… Все это, между прочим, стоит немалых денег. Перевел бы ты мне тысяч десять за ваш ужин. Тем более вам еще спасибо сказать надо, что я вообще пригласил вас на такое приличное мероприятие.
Сергей никак не мог понять, в какой именно момент его младший брат Дмитрий успел настолько резко «выбиться в люди». Еще совсем недавно они делили одну небольшую комнату в родительской квартире, а Дима мог спокойно занять у старшего брата пару тысяч рублей до зарплаты на бензин. Но за последние три года все вокруг будто перевернулось.
Сначала Дмитрий, словно между делом, приехал на семейный ужин на новой дорогой иномарке бизнес-класса с кожаным салоном. Через полгода он лениво бросил на стол ключи от большой квартиры в престижном жилом комплексе с охраной и закрытой территорией. А еще год спустя уже стал хозяином роскошного дома за городом. Чем именно занимался брат, Сергей до конца так и не понимал: какие-то тендеры, вложения, консалтинг. Звучало солидно, расплывчато и очень уж пахло крупными деньгами.
Сергей не завидовал. Зависть — чувство, которое разрушает человека изнутри, а он, как врач, не имел права позволять себе подобное. Но каждый раз, когда они встречались у родителей, внутри у него появлялся неприятный осадок. Причиной была их мать, Евгения Петровна. Младшего сына она всегда любила особенно сильно, но теперь эта любовь стала почти слепой. Она позволяла Дмитрию вести себя так, как нормальному взрослому человеку вести себя было бы стыдно.
— Наш Димочка — настоящий гений, — заливалась мать, подкладывая младшему сыну самый аппетитный кусок пирога. — Всего добился сам, своим умом! Вот это хватка!
И это было уже не просто обычное материнское хвастовство. За последний год благодаря Дмитрию Евгения Петровна дважды побывала на море: сначала в Турции, в пятизвездочном отеле, а потом еще и на Мальдивах. Все ее подруги, соседки, знакомые и коллеги уже до тошноты наслушались историй о Диме. Сын, который сумел заработать миллионы и обеспечить родителям красивую жизнь. В отличие от прочих…
Сергей в такие минуты обычно молчал. Он неторопливо пил чай, смотрел на свои пересушенные антисептиком руки и слушал восторженные речи матери. Он работал врачом скорой помощи и одновременно дежурил в стационаре — мечтал стать хирургом, стремился к операционному столу. Работа была важной, тяжелой, благородной, выматывающей до предела, но совершенно не денежной.
Его будни состояли из ночных смен, адреналина, запаха йода, чужой боли и хронического недосыпа. Сергей много читал, изучал современные методы лечения, ездил на медицинские конференции и семинары. Он просто не умел иначе. Говорят, что именно на таких людях — одержимых профессией и по-настоящему горящих своим делом — и держится мир. Но Евгения Петровна этого не замечала. Для нее успех измерялся путевками, метрами жилья и деньгами. Большими деньгами.
Даже жену свою, Ирочку, Сергей встретил на работе. А где еще ему было ее встретить, если большую часть жизни он проводил в больничных коридорах и машинах скорой помощи с включенными мигалками?
Ирина была настоящим чудом. Хрупкая, звонкая, с большими умными глазами, она пришла работать фельдшером. Их сблизил общий сумасшедший ритм, постоянная борьба за чужие жизни и привычка забывать о собственной усталости. Но спустя три года Ирочка не выдержала. Ночные вызовы, агрессивные пациенты, маргиналы, стресс и бесконечное напряжение надломили ее нервную систему.
Сергей сам настоял, чтобы она ушла со скорой. Она доучилась, закончила ординатуру и стала кардиологом. Теперь первую половину дня принимала пожилых пациентов в государственной поликлинике за смешную зарплату, а вторую работала в частном медицинском центре, что хоть немного помогало удерживать их семейный бюджет на плаву.
Они были молодыми, живыми и очень любили друг друга. О детях пока серьезно не думали — нужно было набраться опыта, укрепиться, да и заводить младенца в крошечной однокомнатной квартире совсем не хотелось. Денег хватало едва-едва, от одной зарплаты до другой. Но когда Сергей возвращался домой после суточного дежурства, смывал с себя больничный запах и ложился рядом с Ирочкой, которая сквозь сон обнимала его теплыми руками, он чувствовал себя самым счастливым человеком на свете.
С тех пор как Дима разбогател, он почти перестал поддерживать связь со старшим братом. Их жизни разошлись в разные стороны. Звонки стали редкостью, встречи случались только по праздникам у матери.
Поэтому, когда Дмитрий неожиданно позвонил и слегка снисходительным голосом пригласил Сергея с женой в свой новый загородный дом на празднование тридцатилетия, Сергей даже растерялся.
— Приезжайте. Там будут полезные люди, посмотрите, как нормальные люди отдыхают, — бросил брат в трубку.
Сергей собирался отказаться. У него как раз заканчивалась очень тяжелая смена. Но Ирочка мягко положила руку ему на плечо:
