— Ты ведь в субботу была в гараже.
Юлия ничего не ответила.
— Палыч сказал маме, что ты приезжала. Мама решила, что ты ушла к сторожу и ничего не слышала. Но я подумала… Вдруг ты всё-таки была там?
— Была, — ответила Юлия.
Алла закрыла глаза.
— Чёрт.
— Да.
— Юль, я не собираюсь оправдываться. Просто хочу сказать… Мне эта машина не нужна. Правда. Это всё мама придумала. Она постоянно повторяет, что Кирюшу неудобно возить на автобусе, что пересадки, что дача далеко. А я не умею ей возражать. Ты ведь знаешь.
Юлия знала.
Алла с детства жила в тени матери. Как куст под огромной берёзой: вроде растёт, но почти не видит солнца.
— Зачем ты мне это рассказываешь?
Алла повернулась к ней.
У неё покраснели глаза.
— Потому что Костя ведёт себя как последний подлец, — тихо сказала она. — У него есть другая. Вика из его отдела. Ей 28 лет. У неё своя однокомнатная квартира на Ботанике. Она сказала ему, что пустит его к себе только без «хвостов». Это её выражение.
Юлия молча смотрела на неё.
— Мама знает о Вике, — продолжила Алла. — Даже встречалась с ней. Говорит, что девушка приличная и квартира у неё есть. А тебя они хотят оставить с одним чемоданом.
Юлия смотрела через лобовое стекло.
По нему ползли мелкие дождевые капли.
— Когда они собирались переоформлять машину?
— В четверг. У мамы электронный талон на 10 утра.
— Спасибо, Алл.
— А что ты будешь делать?
— Уже сделала.
Алла удивлённо моргнула.
— Что именно?
— Подала документы. Иди домой. Кирюша наверняка ждёт. Только маме не говори, что мы разговаривали. Тебе же самой будет хуже.
Алла кивнула.
Потом неожиданно потянулась к Юлии и крепко, но коротко обняла её.
— Прости, — прошептала она.
— Ты здесь ни при чём.
Когда Юлия уже шла к подъезду с пакетами, она вдруг подумала, что за 12 лет это были первые искренние слова, которые она услышала от кого-то из семьи Кости.
В среду днём пришло определение суда.
Ирина Валерьевна переслала его Юлии по электронной почте и добавила короткую фразу:
«Запрет наложен. Документы направлены в ГИБДД. Теперь можете спать спокойно».
Юлия не стала спать спокойнее.
Она распечатала определение на работе.
Это были две страницы сухого юридического текста: номер дела, её фамилия, фамилия Кости, марка машины и VIN-номер, который она неожиданно знала почти наизусть.
Она сложила документы вчетверо и положила в ту же сумку — рядом с ключом и свидетельством о регистрации.
В четверг Костя ушёл на работу раньше обычного — в 8:15.
— Машину возьмёшь? — спросила Юлия, наливая Соне какао.
— Нет, поеду на маршрутке. Ты ведь Соню повезёшь.
— Повезу.
— Ну вот.
Костя поцеловал Соню в макушку, а Юлию — куда-то возле уха, даже не посмотрев на неё.
Затем вышел.
Юлия услышала, как он сбежал по лестнице, не дожидаясь лифта.
Без машины.
Всё становилось очевидно.
Для переоформления автомобиля машина действительно не требовалась. Нужны были только документы и участники сделки.
А документы, как считал Костя, лежали в бардачке.
К тому же у Галины Аркадьевны был запасной брелок от автомобиля. Когда-то она попросила его «на всякий случай», вдруг молодым понадобится переставить машину.
Юлия отвезла Соню в школу, затем приехала на работу.
Она работала бухгалтером в управляющей компании, и именно в четверг нужно было сдавать отчёты по капитальному ремонту.
Цифры расплывались перед глазами.
В 10:05 Юлия поняла, что уже третий раз складывает один и тот же столбец.
В 10:40 зазвонил телефон.
Это был Костя.
Юлия смотрела на экран, пока звонок не прекратился.
Через минуту он позвонил снова.
Потом пришло сообщение:
«Перезвони срочно».
Следом ещё одно:
«Где свидетельство о регистрации????»
Четыре вопросительных знака.
Юлия написала:
«У меня. Зачем оно тебе в рабочее время?»
На экране появились три точки.
Они исчезли.
Снова появились.
Затем телефон зазвонил.
— Да, — сказала Юлия.
— Ты где? — голос Кости был напряжённым и сдавленным.
— На работе. Отчёты сдаю.
— Юль, мне срочно нужно свидетельство. Я хотел продлить страховку, а оно…
— Страховка действует до марта. Я сама её оформляла.
На другом конце повисла тишина.
— Ты сейчас в ГАИ? — спросила Юлия.
Молчание стало ещё тяжелее.
— Вместе с мамой?
— Юль, что ты говоришь?
— Можешь больше не искать свидетельство. Вам всё равно не разрешат переоформить машину. На неё наложен запрет. Есть определение суда. Наверное, его уже видят в базе.
— Какой суд?
— Октябрьский районный. В понедельник я подала заявление на развод и раздел имущества. Повестка придёт тебе в ближайшие дни.
На заднем фоне Юлия услышала голос свекрови:
— Что она говорит? Костя, что она говорит?
— Ты подала на развод? — спросил он.
— Подала.
— Но зачем?
— Тебя ведь Вика ждёт без «хвостов». Я решила помочь ей.
Юлия завершила вызов, положила телефон экраном вниз и снова посмотрела на таблицу.
На этот раз всё сошлось с первого раза.
