— Не думаю, — ответила она, но её глаза снова метнулись в сторону.
Я назвала больницу, где рожала, и сказала, что помню её как медсестру.
— Да, я там работала, — осторожно признала она.
— Вы были там, когда я рожала близнецов.
— У меня было много пациенток.
— Мы встречались?
Я заставила себя вдохнуть.
— У моего сына был брат-близнец. Мне сказали, что он умер.
Мальчики всё ещё держались за руки и шептались, будто знали друг друга всю жизнь, не обращая внимания на наш разговор.
— Как зовут вашего сына? — спросила я.
Она сглотнула.
— Илай.
Я присела и осторожно приподняла подбородок мальчика. Родимое пятно было настоящим. Не игра света. Не случайное совпадение.
— Как зовут вашего сына?
— Сколько ему лет? — спросила я, медленно выпрямляясь.
— Зачем вам это знать? — резко спросила женщина.
— Вы что-то от меня скрываете, — прошептала я.
— Всё не так, как вы думаете, — быстро сказала она.
— Тогда скажите, как именно.
Её взгляд забегал по площадке.
— Всё не так, как вы думаете.
Мир вокруг продолжал жить так, словно мой только что не треснул пополам.
— Здесь не место для такого разговора, — сказала она.
— Не вам решать, — резко ответила я. — Вы обязаны дать мне ответы.
В её глазах вспыхнуло раздражение.
— Я ничего плохого не сделала.
— Тогда почему вы не можете смотреть мне в глаза?
Она скрестила руки на груди.
— Говорите тише.
— Вы обязаны дать мне ответы.
— Мы никуда не уйдём, пока вы не объясните, почему мой сын выглядит точь-в-точь как ваш.
Она медленно выдохнула.
— Хорошо. Послушайте. Моя сестра не могла иметь детей, — её голос стал ниже. — Она пыталась много лет. Ничего не помогало. Это разрушило её брак.
— И?
— Мальчики, мы сядем вон там, у скамеек. Оставайтесь здесь, чтобы мы вас видели, — сказала она детям.
Каждый инстинкт кричал мне не доверять ей, пока мы отходили. Но материнский инстинкт кричал ещё громче: мне нужна правда.
— Хорошо. Послушайте. Моя сестра не могла иметь детей.
— Если вы сделаете хоть что-то подозрительное, — предупредила я, — я сразу пойду в полицию.
Она встретилась со мной взглядом.
— Вам не понравится то, что вы услышите.
— Мне уже не нравится.
Когда мы дошли до скамеек, она сцепила руки. Они дрожали.
— Ваши роды были тяжёлыми, — начала она. — Вы потеряли много крови. Были осложнения.
— Я знаю. Я через это прошла.
— Вам не понравится то, что вы услышите.
— Второй ребёнок не родился мёртвым.
Мир будто накренился.
— Что?
— Он был маленький, — продолжила она. — Но он дышал.
— Вы лжёте.
— Нет.
— Второй ребёнок не родился мёртвым.
— Пять лет, — прошептала я. — Все эти годы вы позволяли мне думать, что мой ребёнок умер?
Она опустила глаза на траву.
— Я сказала врачу, что он не выжил. Он доверился моему отчёту.
— Вы подделали медицинские документы?
— Я убедила себя, что это милосердие, — сказала она дрожащим голосом. — Вы были без сознания, слабы и совсем одна. Ни партнёра, ни родных рядом. Я подумала, что двое младенцев вас сломают.
— Вы не имели права это решать! — сказала я громче, чем собиралась.
— Я подумала, что двое младенцев вас сломают.
— Моя сестра была в отчаянии, — продолжила она, и в её глазах появились слёзы. — Она умоляла меня помочь. Когда я увидела такую возможность, я сказала себе, что это судьба.
— Вы украли моего сына.
— Я дала ему дом.
— Вы украли его, — повторила я, сжимая сумку так крепко, что пальцы заболели.
Она наконец подняла на меня взгляд.
— Вы украли моего сына.
— Я думала, вы никогда не узнаете, — призналась она.
Сердце колотилось так сильно, что меня затошнило.
Я смотрела, как Стефан и Илай качаются рядом. И впервые за пять лет поняла, почему мой сын иногда разговаривал во сне так, будто кто-то ему отвечал.
Я встала.
— Вы не можете сказать мне такое и ждать, что я останусь спокойной. Вы это понимаете?
Слёзы текли по её лицу, но в тот момент я не чувствовала к ней ни капли жалости.
Я поняла, почему мой сын иногда разговаривал во сне.
— Моя сестра любит его, — прошептала она. — Она вырастила его. Он зовёт её мамой.
— А как тогда мне называть себя? — потребовала я. — Я годами оплакивала сына, который был жив.
Она прижала ладони ко лбу.
— Я думала, вы переживёте. Вы были молодой. Я думала, у вас ещё будут дети.
— Ребёнка нельзя заменить, — сказала я сквозь зубы.
Между нами повисла тяжёлая, удушающая тишина.
— Он зовёт её мамой.
Я заставила себя мыслить ясно. Мне нужна была информация.
— Как зовут вашу сестру? — спросила я.
Она замялась.
— Если вы откажетесь отвечать, — ровно сказала я, — я прямо сейчас иду в полицию.
Её плечи опустились.
— Маргарет.
— Она знает?
Пауза.
Мне нужна была информация.
— Да.
Ярость снова поднялась во мне.
— То есть она согласилась растить ребёнка, который юридически ей не принадлежал?
— Она поверила тому, что я сказала, — быстро возразила женщина. — Я сказала ей, что вы отказались от него.
