Ольга услышала короткий знакомый сигнал домофона и застыла посреди кухни, всё ещё сжимая в руках мокрую тарелку.
Суббота. Ровно десять утра.
Опять.
— Андрей, это Света?
Муж появился в дверях комнаты, глядя в экран телефона.
— Да. Она буквально на полчаса. Ей срочно нужно съездить на собеседование.
Ольга неторопливо поставила тарелку в сушилку.
Третий раз за неделю.
И уже третий раз Светлана обещала вернуться «буквально через полчасика». Вчера её не было до одиннадцати вечера.
— Андрей, я хочу, чтобы ты не забывал: мне тоже нужно заниматься ребёнком. Дашей. Нашей дочерью.
— Я не забываю. Но Полина и Вика спокойные девочки. Ты же знаешь. Посидят рядом с Дашей, посмотрят мультфильмы.
Входная дверь распахнулась.
Светлана стремительно вошла в квартиру, держа дочерей за руки. На ней было облегающее платье с откровенным вырезом, волосы были аккуратно уложены, а губы покрыты яркой помадой.
— Братик, ты снова меня спасаешь! Девочки, идите к Дашеньке. Поиграйте вместе.
Полина молча взяла младшую сестру за ладонь и направилась в детскую.
Шестилетняя девочка двигалась уверенно, словно проходила по этому коридору каждый день.
Впрочем, почти так и было.
— Собеседование назначили на субботу? — спокойно поинтересовалась Ольга.
Светлана бросила на неё быстрый настороженный взгляд.
— Представь себе. Сейчас многие компании работают и по выходным. Андрюш, я побежала. Всех целую!
Она послала воздушный поцелуй и почти сразу исчезла за дверью.
Ольга подошла к окну, но тут же остановилась и отвернулась.
Не смотреть.
Не проверять.
Не додумывать.
— Ты видел, в чём она пришла? — спросила она.
— А что не так? Человек собирается устраиваться на работу. Конечно, она хочет выглядеть хорошо.
Ольга устало провела ладонью по лбу.
— На обычные собеседования не надевают вечерние платья.
Андрей положил телефон на стол и тяжело вздохнул.
— Оля, прошу, не начинай. Ей сейчас непросто. После развода она одна воспитывает двоих детей. Дима её бросил, алименты не платит, с дочерьми не общается. Кроме меня, ей не на кого рассчитывать.
— Это всё Светлана тебе рассказала?
— А ты думаешь, она врёт?
Ольга хотела ответить.
Хотела открыть фотографии, которые случайно увидела накануне в социальных сетях.
На снимках Светлана сидела в ресторане, обнимая какого-то бородатого мужчину. Фотографии были опубликованы вчера — именно в то время, когда она якобы находилась на «срочном собеседовании».
Но Ольга снова промолчала.
— Просто постарайся внимательнее смотреть на происходящее, — сказала она. — Пожалуйста.
Полина устроилась на полу детской и вместе с Дашей сооружала высокую башню из разноцветных кубиков.
Вика сидела рядом, прижимая к груди старого плюшевого медведя, и внимательно наблюдала за игрой.
— Тётя Оля, а мамочка когда вернётся? — спросила Полина, не поднимая головы.
— Скоро, милая. Она обещала.
— Она всегда так говорит.
Ольга присела рядом.
— Ты по ней скучаешь?
Полина наконец посмотрела на неё.
В её взгляде почти не осталось привычной детской беспечности. Вместо неё появилась осторожность, которая совсем не подходила шестилетнему ребёнку.
— Я по дому скучаю. Там мои игрушки. И рисунок на стене.
— Какой рисунок?
— Бабочка. Я нарисовала её цветными карандашами, когда была маленькой. Мама сильно ругалась, но потом так и не стёрла.
Вика подползла ближе и уткнулась лбом Ольге в колено.
Ей было всего три года. Она ещё почти не говорила связными фразами, знала только отдельные короткие слова:
«есть», «пить», «спать», «где».
— Где? — тихо спросила Вика.
Ольга осторожно погладила её по волосам.
— Мама скоро придёт.
Светлана появилась только в девять вечера.
От неё исходил сладковатый запах. Возможно, дорогие духи. А может быть, десерт или сладкое вино.
— Ну как мои любимые зайчики? — пропела она, едва переступив порог.
— Вика почти два часа плакала, — ответила Ольга. — Никак не могла уснуть без тебя.
— Ой, она у меня такая капризуля. Андрюш, спасибо тебе огромное. Ты самый лучший брат на свете!
Андрей помогал сестре одевать детей.
Полина сама застегнула куртку и натянула шапку. Вику пришлось поддерживать, потому что девочка засыпала буквально стоя.
— Как прошло собеседование? — спросила Ольга.
Светлана на мгновение замерла.
— Замечательно! Очень перспективная компания. Сказали, что обязательно свяжутся со мной.
— А чем занимается компания?
— Оленька, какая же ты любопытная. Расскажу потом, чтобы не сглазить.
Она подхватила сумку, подняла Вику на руки и направилась к выходу.
Полина задержалась в дверях и долго смотрела на Ольгу.
— Спасибо, тётя Оля.
— За что, солнышко?
— За кашу. Она была очень вкусная.
Когда дверь закрылась, Ольга повернулась к мужу.
— Одиннадцать часов, Андрей. Твоя сестра оставила детей на одиннадцать часов.
— Иногда собеседования действительно затягиваются.
— Хватит. Ты и сам понимаешь, что это неправда.
Андрей опустился на диван.
— Оля, она моя родная сестра. Я не могу от неё отвернуться.
— Я и не прошу тебя отворачиваться. Я прошу перестать игнорировать очевидное.
— Что именно очевидно?
Ольга открыла нужную страницу в телефоне и протянула его мужу.
— Вот это.
На экране Светлана улыбалась прямо в объектив. Рядом сидел тот самый бородатый мужчина.
Место публикации — ресторан в центре города.
Время — три часа дня.
Сегодня.
Андрей долго рассматривал фотографию.
— Это мог быть деловой обед, — наконец произнёс он.
— С объятиями и поцелуями? Пролистай дальше.
Он провёл пальцем по экрану.
Его выражение постепенно менялось. Сначала недоверие, потом растерянность, а затем почти физическая боль.
— Почему ты не показала мне это раньше?
— Потому что надеялась, что ты сам всё заметишь.
Через неделю Светлана позвонила ранним воскресным утром.
Её голос дрожал от восторга.
— Андрюшенька, у меня невероятная новость! Меня взяли на тренинг в Санкт-Петербург! Представляешь, десять дней интенсивного обучения!
Андрей посмотрел на жену.
Ольга стояла возле плиты и медленно качала головой.
— Что за тренинг? — уточнил он.
— Личностный рост! Это уникальная возможность, которая выпадает один раз в жизни. Но мне снова понадобится твоя помощь.
— Света…
— Девочки поживут у вас десять дней. Всего десять! Я привезу одежду, игрушки, всё необходимое. Полина уже взрослая, она прекрасно помогает с Викой.
Ольга забрала телефон из рук мужа.
— Светлана, так не получится. У нас есть собственный ребёнок, свои дела и планы. Десять дней — это слишком долго.
— Оля, ну ты же должна меня понять! Мне нужно развиваться, искать своё предназначение. После развода я потеряла себя и всякую опору.
— А твои дочери? Они, по-твоему, ничего не потеряли?
— Им будет прекрасно у вас! Вы ответственные, добрые, заботливые. Никто не присмотрит за ними лучше.
— Нет, Светлана. Мы не согласны.
Несколько секунд в трубке стояла тишина.
Когда Светлана снова заговорила, её голос стал холодным и резким.
— Передай телефон Андрею.
— В этом нет необходимости. Мы приняли общее решение.
— Андрей! — закричала Светлана так громко, что голос разнёсся по всей кухне.
Муж забрал телефон обратно.
— Света, Ольга права. Десять дней — это слишком…
— Это мой единственный шанс изменить жизнь! Ты хочешь, чтобы я всю жизнь просидела в депрессии? Хочешь, чтобы я так ничего и не добилась?
— Но кто останется с детьми? Может быть, Дима…
— Дима?! — голос Светланы сорвался на крик. — Ты серьёзно предлагаешь обратиться к человеку, который бросил нас? Который два года ни разу не появился?
— Ты утверждала, что он не переводит алименты. Но я видел, что деньги ежемесячно поступают на твой счёт.
Повисла тяжёлая пауза.
— Ты проверял мои банковские счета?
— Ты сама показывала мне выписку, когда просила одолжить деньги. Я запомнил эти платежи.
— Андрей, ты мне не доверяешь?
— Я пытаюсь понять правду.
— Нечего там понимать! Он отправляет жалкие копейки, на которые невозможно содержать двоих детей. Он не интересуется дочками и не хочет их видеть.
— Почему?
— Потому что он эгоист! Он бросил нас ради другой женщины!
— Ты уверена? На прошлой неделе он звонил мне.
Ольга резко обернулась.
Об этом разговоре муж ей не рассказывал.
— Дмитрий звонил тебе? — переспросила Светлана.
— Да. Спрашивал о Полине и Вике. Сказал, что несколько месяцев не может добиться встречи.
— Он лжёт! — почти завизжала она. — Он постоянно врёт! Это манипулятор, он специально…
— Света, остановись. Я хочу во всём разобраться. Приезжай, поговорим спокойно.
— Нам не о чем разговаривать! Либо ты заберёшь девочек, либо… Я вообще не знаю, что со мной будет!
Андрей нажал кнопку завершения вызова.
— Это была угроза? — спросила Ольга.
— Не знаю. Возможно, она просто испугалась.
— Или поняла, что больше не может скрывать правду.
Андрей сел за стол и некоторое время молчал.
— Я всё равно должен помочь сестре.
— Но не так.
— А как?
Ольга села напротив и взяла его за руки.
— Свяжись с Дмитрием. Выслушай не только Светлану. Узнай обе версии, а потом принимай решение.
Андрей медленно кивнул.
— Хорошо. Ты права.
Однако Светлана приехала раньше, чем он успел позвонить бывшему зятю.
Она появилась вечером, привезя два больших чемодана и двух сонных дочерей.
— Оставлю их только на десять дней. Потом сразу заберу.
— Света, мы ведь ещё ни о чём не договорились…
— Андрей, умоляю! — Она схватила брата за руки, и глаза моментально наполнились слезами. — Ты единственный человек, которому я могу доверять. Единственный, кто никогда меня не предавал.
Ольга стояла возле детской, прижав к себе Дашу.
— Светлана, мы не давали согласия.
— Оля, пожалуйста. Всего десять дней. Потом я перестану вмешиваться в вашу жизнь. Обещаю.
— Что именно ты обещаешь?
— Найти постоянную работу, арендовать нормальную квартиру и больше вас не беспокоить.
— Ты обещала то же самое три месяца назад. И год назад тоже.
Светлана мгновенно выпрямилась.
Слёзы исчезли так быстро, будто их никогда и не было.
— Ты всегда была против меня. С самого первого дня.
— Я против того, чтобы ты пользовалась моим мужем.
— Пользовалась? Он мой брат!
Полина потянула Андрея за рукав.
— Дядя Андрей, я хочу спать.
Вика уже почти спала стоя, прислонившись к чемодану.
Трёхлетний ребёнок, который не понимал, почему мать снова куда-то собирается уезжать.
Андрей перевёл взгляд с племянниц на сестру, затем посмотрел на жену.
— Хорошо, — наконец сказал он. — Десять дней. Но в последний раз, Света. Больше такого не будет.
Светлана моментально просияла.
— Спасибо! Ты у меня самый лучший! Обязательно привезу вам подарки из Петербурга!
Она быстро поцеловала дочерей, почти не взглянув им в глаза, и выбежала из квартиры.
Дверь захлопнулась.
Ольга ничего не сказала и ушла в спальню.
На третий день она обнаружила новые фотографии в социальных сетях.
Светлана позировала на пляже.
За её спиной было яркое синее море, вокруг росли пальмы.
Отметка геолокации — Сочи.
Ольга положила телефон перед мужем.
— Значит, тренинг в Петербурге?
Андрей молча смотрел на снимки.
Светлана в купальнике.
Светлана с бокалом вина.
Светлана в объятиях загорелого мужчины — уже другого, не того, с которым она фотографировалась раньше.
— Возможно, она… — начал Андрей, но не закончил.
— Что именно? Решила слетать в Сочи между занятиями?
— Я не знаю, что сказать.
— А я знаю. Она снова тебя обманула. И, скорее всего, делала это с самого начала.
Андрей бессильно откинулся на спинку стула.
— Что мне теперь делать?
— А что делать мне, Андрей?
— Оля…
Она подошла ближе.
— Послушай. Я терплю всё это уже полгода. Все её «срочные собеседования», «важные встречи» и «неотложные поездки». Я терпела только потому, что надеялась: однажды ты сам разберёшься и увидишь правду.
— Теперь я вижу.
— Нет. Ты продолжаешь закрывать глаза. Каждый раз находишь новое оправдание. Но я больше так не могу.
— Что ты хочешь сказать?
Ольга направилась в комнату и начала складывать вещи Даши в детский чемодан: платья, колготки, пижаму, любимые игрушки.
— Я хочу сказать, что уеду к маме. Вместе с Дашей.
— Оля, подожди!
— Не буду.
— Ты не можешь просто взять и уйти!
— Могу. И именно это сейчас сделаю. Когда решишь проблему, позвонишь.
— Какую именно проблему?
Она остановилась с чемоданом в руках.
— Проблему по имени Светлана. Проблему детей, которых она каждую неделю оставляет нам. Проблему её постоянной лжи, которую ты принимаешь, даже не пытаясь проверить.
— Это жестоко.
— Жестоко? Знаешь, что по-настоящему жестоко? Объяснять четырёхлетней дочери, почему папа постоянно занят чужими детьми. Почему Полина и Вика снова живут у нас. Почему тётя Света каждый раз исчезает, а наш семейный распорядок рушится.
Андрей перегородил ей дорогу.
— Не уходи вот так. Давай спокойно всё обсудим.
— Нам больше нечего обсуждать. Ты знаешь адрес моей мамы.
Она обошла его и вышла.
Даша шла рядом, крепко держась за материнскую руку.
Перед тем как дверь закрылась, девочка обернулась и помахала отцу.
— Пока, папа. Ты скоро к нам приедешь?
— Конечно, солнышко.
Дверь закрылась.
Андрей остался один.
В соседней комнате спали племянницы — дети его сестры, оставленные в его квартире.
На пятый день раздался звонок в дверь.
Андрей решил, что это курьер или кто-то из соседей.
Но на пороге стоял высокий мужчина в джинсах и простой футболке. Коротко подстриженные волосы, внимательный прямой взгляд, спокойное выражение лица.
— Андрей?
— Да.
— Меня зовут Дмитрий. Я бывший муж Светланы.
Андрей невольно отступил.
— Откуда у тебя мой адрес?
— Полина написала мне. Она уже умеет пользоваться мессенджерами.
— Что именно она написала?
— «Папа, приезжай. Мы у дяди Андрея. Мамочка уехала».
Андрей молча отошёл в сторону, пропуская его внутрь.
Дмитрий оглядел небольшую прихожую, коридор и сложенные возле стены детские вещи.
— Где мои дочери?
— В комнате. Полина читает, а Вика спит.
— Давно они здесь?
— Сегодня пятый день.
— Где Светлана?
— Отдыхает в Сочи. С очередным мужчиной.
Дмитрий едва заметно кивнул, словно именно такого ответа и ожидал.
— Я могу увидеть девочек?
Андрей провёл его в детскую.
Полина сидела на кровати и держала в руках книжку.
Увидев отца, она мгновенно вскочила.
— Папа!
Дмитрий опустился на корточки и раскрыл руки.
Девочка бросилась к нему и прижалась всем телом. Её плечи мелко задрожали.
— Здравствуй, родная. Я очень скучал.
— Я тоже скучала. Каждый день.
От голосов проснулась Вика.
Она потёрла глаза и внимательно посмотрела на мужчину.
— Папа? — нерешительно произнесла она.
— Да, малышка. Это папа.
Девочка заплакала почти беззвучно.
Дмитрий поднял её на руки и прижал к груди.
Мужчины сидели на кухне.
Из детской впервые за несколько дней доносился искренний смех.
— Светлана говорила, что ты бросил семью, — начал Андрей. — Что не платишь алименты и не интересуешься дочками.
— Я перевожу алименты каждый месяц. Могу показать банковские выписки, квитанции и все платежи.
— Ещё она утверждала, что ты изменил ей и ушёл к другой женщине.
Дмитрий горько усмехнулся.
— Развод предложила Света. Сказала, что устала от семейной жизни и хочет свободы. Хотела путешествовать, искать себя и жить для себя.
— А как же дети?
— После развода они остались с ней. Это было её условие. Я хотел добиться совместной опеки или хотя бы регулярных встреч, но Светлана мешала каждой моей попытке.
— Каким образом?
— Меняла номера телефонов, переезжала и не сообщала новый адрес. Отменяла встречи в последний момент. Убеждала девочек, что я плохой и что мне они не нужны.
Андрей молчал.
Всё услышанное полностью меняло историю, которую сестра рассказывала ему на протяжении нескольких лет.
— Почему ты раньше не связался со мной?
— Я пытался. Звонил примерно месяц назад. Ты ведь помнишь?
— Помню. Но Светлана сказала…
— Что именно?
— Что ты хочешь настроить всех против неё. Что ты манипулятор и постоянно врёшь.
Дмитрий открыл переписку в телефоне и положил устройство перед Андреем.
— Прочитай сам.
Андрей начал листать сообщения.
Дмитрий писал:
«Когда я могу увидеть дочерей?»
«Почему Полина не отвечает? С ней всё нормально?»
«Света, пожалуйста, давай спокойно договоримся о встрече».
Ответы Светланы были короткими:
«Не сейчас».
«Девочки заняты».
«Они не хотят с тобой встречаться».
Последнее сообщение было отправлено с аккаунта Полины:
«Папа, забери нас».
— Она написала это вчера, — объяснил Дмитрий. — Я сразу собрался и приехал.
— Что ты теперь собираешься делать?
— Забрать дочерей. А потом добиться, чтобы подобное больше никогда не повторилось.
— Каким образом?
Дмитрий достал визитную карточку.
— Я уже обратился в органы опеки. Их сотрудник будет здесь примерно через час.
— Ты вызвал опеку?
— Андрей, Светлана оставила двух малолетних детей на десять дней. Без моего согласия, без доверенности, без каких-либо документов. Она просто передала их родственникам и улетела отдыхать. Я являюсь их отцом и имею полное право забрать дочерей.
Андрей устало откинулся на спинку стула.
— Когда она узнает, будет страшный скандал.
— Я понимаю. Но спокойствие и безопасность детей важнее её скандалов.
Сотрудница органов опеки оказалась женщиной средних лет с внимательным, проницательным взглядом.
Она осмотрела квартиру, отдельно поговорила с Полиной, задала вопросы Дмитрию и Андрею и записала их ответы.
— Где сейчас находится мать девочек?
— В Сочи, — сказал Андрей. — Отдыхает.
— Она официально сообщила кому-либо о своём отъезде? Оставила письменное согласие или доверенность?
— Нет.
— Кто решил, что дети останутся здесь?
— Она просто привезла их и уехала. Я согласился, потому что…
Он замолчал.
— Потому что что?
— Потому что Светлана моя сестра.
Женщина кивнула и продолжила заполнять документы.
— Отец может забрать детей. Его документы в порядке. Выплата алиментов подтверждается, попытки поддерживать связь с дочерьми также подтверждены перепиской.
Дмитрий поднялся со стула.
— Девочки, собирайтесь. Мы едем домой.
Полина недоверчиво посмотрела на него.
— Правда домой? К тебе?
— Правда.
— А мамочка?
— Когда она вернётся, взрослые всё обсудят.
Вика крепко обхватила ногу отца и не хотела отпускать.
Ей было всего три года, но даже она чувствовала, что происходит что-то важное.
Андрей помог собрать детские вещи.
Когда автомобиль Дмитрия исчез за поворотом, он вернулся в пустую квартиру и ещё долго сидел в полной тишине на кухне.
Светлана приехала через неделю.
Загорелая, отдохнувшая, довольная.
— Привет, братик! Успел соскучиться?
Андрей открыл дверь шире.
— Заходи.
Она прошла в квартиру и сразу начала оглядываться.
— А где девочки? Полина! Вика!
— Их здесь нет.
Светлана остановилась.
— Как это нет? Они гуляют?
— Они у Дмитрия.
Загорелое лицо за несколько секунд стало серым.
— Что ты сказал?
— Дмитрий забрал дочерей. При участии органов опеки.
— И ты ему позволил?
— Я не имел права препятствовать. И, честно говоря, не хотел.
Светлана резко шагнула к брату. В её глазах вспыхнула ярость.
— Ты отдал моих детей постороннему человеку!
— Он их родной отец.
— Он предатель! Он бросил меня!
— Света, хватит.
Но она будто не слышала.
Голос становился всё громче.
— Ты меня предал! Ты выбрал человека, который разрушил мне жизнь! Ты пошёл против собственной сестры!
— Ты сама разрушила свою жизнь.
Наступила тишина.
Светлана уставилась на него так, словно увидела впервые.
— Повтори.
— Ты сама всё разрушила. Своими решениями и своей ложью.
— Какой ещё ложью?
— Тренинг в Петербурге. Собеседования по выходным. Срочные рабочие встречи. Всё это время ты просто бросала детей, чтобы развлекаться. Ты использовала меня как бесплатную круглосуточную няню.
— Я пыталась найти себя!
— Ты искала мужчин. И каждый раз находила нового.
Светлана медленно опустилась на стул.
Её пальцы заметно дрожали.
— Андрей, ты всегда был единственным, кто мне помогал. Единственным, кто оставался рядом.
— Поэтому я и прекращаю это делать.
— Что именно прекращаешь?
— Решать твои проблемы. Закрывать глаза. Делать вид, что всё происходящее нормально.
— Ты отказываешься от собственной сестры?
— Я отказываюсь участвовать в твоём обмане.
Светлана вскочила.
— Я верну дочерей! Подам заявление! Докажу, что Дмитрий…
— Что ты докажешь? Что он исправно перечисляет алименты? Что несколько месяцев пытался увидеться с дочерьми? Что ни разу не оставлял их на чужих людей и не исчезал на десять дней?
— Он настроил тебя против меня! Он всё перевернул!
— Нет, Света. Ты сделала это сама. Каждым своим поступком.
Она схватила сумку и направилась к двери.
— Вы ещё пожалеете! Все пожалеете!
— Возможно. Но Полина и Вика теперь в безопасности. Для меня это главное.
Дверь захлопнулась с такой силой, что на стене задрожала вешалка.
Вечером позвонила Ольга.
— Как ты?
— Мне плохо. Но я знаю, что поступил правильно.
— Я видела фотографии Дмитрия с девочками. Он выложил их недавно. Полина на них улыбается.
— Правда?
— Андрей, приезжай. Нам нужно поговорить.
— Ты действительно хочешь меня видеть?
— Хочу. Даша всё время спрашивает, когда приедет папа.
Он закрыл глаза.
Напряжение, державшее его последние дни, понемногу ослабло.
— Я буду примерно через час.
— Мы ждём.
Спустя полгода Андрей получил сообщение от матери:
«Светлана улетела в Италию. С каким-то Марко. Оставила записку, что наконец нашла настоящее счастье».
Он показал сообщение жене.
— Что ты об этом думаешь?
— Ничего. Она совершеннолетняя. Это её жизнь и её выбор.
— А девочки?
— Дмитрий начал процедуру ограничения или лишения родительских прав. Считает, что для Полины и Вики так будет спокойнее.
Ольга отложила телефон.
— Ты с ним согласен?
— Не уверен. Но теперь понимаю его решение.
В комнату вбежала Даша, держа перед собой рисунок.
— Папа, смотри! Я нарисовала всю нашу семью!
На листе были изображены три фигурки: одна большая, вторая чуть меньше и третья совсем маленькая. Рядом стоял дом с окном и дымом над трубой.
— Очень красиво, солнышко.
— А это кто? — спросила Ольга, показывая на маленькую фигурку в углу.
— Полина. Она теперь далеко живёт, но я её всё равно помню.
Андрей прижал дочь к себе.
— Ты молодец. Помнить близких очень важно.
Через три месяца Светлана вернулась.
Оказалось, что Марко был женат. Она узнала об этом только тогда, когда в их съёмную квартиру пришла его законная супруга вместе с двумя детьми.
Светлана появилась у матери без предупреждения.
Сильно похудевшая, уставшая, с потухшим взглядом, в помятой одежде.
— Где мои дочери?
— У Дмитрия. Он переехал в другой город.
— В какой именно?
— Не скажу.
— Мне запретили с ними общаться?
— Официального запрета пока нет. Но Полина не хочет тебя видеть.
— Она меня ненавидит?
Андрей долго не отвечал.
— Она тебя боится. Боится, что ты снова внезапно исчезнешь.
Светлана заплакала.
На этот раз без криков, театральных жестов и истерик.
Слёзы просто медленно текли по её щекам.
— Что мне теперь делать?
— Не знаю. Возможно, начать разбираться в себе.
— Я ни в чём не виновата. Все объединились против меня. Дима настроил девочек, ты отвернулся, а Ольга вообще никогда меня не принимала…
Андрей поднялся.
— Света, пока ты продолжаешь искать виноватых среди окружающих, ничего не изменится.
— Ты стал жестоким.
— Нет. Я просто перестал тебе лгать.
Он вышел из комнаты.
Сестра осталась за его спиной — одинокая, сгорбленная фигура на чужом диване, посреди жизни, которую она собственными руками для себя создала.
Ольга ждала мужа дома.
На столе стоял обычный горячий ужин.
Даша уже спала.
— Как прошёл разговор? — спросила жена.
— Плохо. Она по-прежнему ничего не признаёт.
— Что именно?
— Вообще ничего. Уверена, что все настроены против неё и что жизнь с ней несправедлива.
Ольга села рядом.
— Андрей, ты поступил правильно.
— Я понимаю. Но от этого пока не легче.
— Со временем станет.
Он накрыл её ладонь своей.
— Оля, прости меня. За то, что не слышал тебя. За то, что каждый раз предпочитал закрывать глаза.
— Ты уже извинялся. Не меньше десяти раз.
— Этого недостаточно.
— Достаточно. Важно не количество извинений, а то, что ты действительно всё понял.
— Что именно я понял?
— Что поддержка родного человека не означает потакание всем его слабостям. Что любовь к сестре не должна разрушать любовь к жене. И что дети никогда не должны становиться оружием, прикрытием или способом манипуляции.
Андрей обнял её.
— Я тебя люблю.
— Я знаю.
— И Дашу люблю.
— Она тоже это знает.
В доме было тихо и тепло.
Обычный вечер обычной семьи, которая пережила тяжёлую бурю, едва не потеряла друг друга, но всё-таки смогла выстоять.
