Ортис преградила ему путь.
— Дэниел Миллер?
Его тревога казалась настоящей.
Я поднял кусок ткани.
Его взгляд упал на инициалы.
И впервые его лицо дрогнуло.
— Это не моё, — сказал он слишком быстро.
— Это было у неё в руке.
— Значит, кто-то хотел, чтобы вы так подумали.
Ортис спросила, где он находился.
Доказать он не смог.
И тут пришли результаты рентгена Эмили.
Внутри её тела обнаружили маленькое металлическое устройство.
Трекер.
А затем в больнице погас свет.
Часть 3:
Из Trauma 2 донёсся крик.
Эмили исчезла.
Потом я заметил кровавый след, ведущий к ванной.
Она была там — раненая, бледная, но в сознании.
— Они отключили электричество, потому что уже здесь, — прошептала она.
— Кто?
— Не Дэниел.
Алан запер дверь.
Эмили рассказала правду: VasCor Biotech, незаконные испытания, украденные данные пациентов, коррупция, пустившая корни во всей системе.
И в этот момент я понял.
Это был Алан Мерсер.
Мой коллега.
Мой друг.
Он улыбнулся.
— Тебе стоило оставаться на пенсии, Ричард.
Он попытался скрыться. Ортис бросилась за ним.
Но у Эмили были доказательства — USB-накопитель.
Дэниела преследовали на парковке.
Но он остался жив.
Алана арестовали.
Позже, когда всё наконец закончилось, я сидел у кровати Эмили.
Дэниел сказал:
— Я думал, ты поверишь ему.
— Я хотел хоть кому-то верить, — ответил я.
Я посмотрел на свою дочь.
Она была жива.
И впервые за долгое время я почувствовал что-то, похожее на надежду.
