— Это что? — Наташа взяла лист в руки.
— Я написала, что тебе нужно купить, — сказала Галина, выходя из ванной в Наташином халате. — Вчера всё подъели. Возьми нормальный творог, не этот водянистый. И колбасу получше, не сервелат.
— Галина, это мой халат, — произнесла Наташа, глядя на шёлковую ткань у неё на плечах.
— И что? Твоё полотенце было мокрым, я взяла, что попалось под руку.
— Ната, только не начинай с утра скандал, — сказал Дмитрий, стоя в дверях кухни с бутылкой пива в руке.
— Дим, сейчас восемь утра. Ты серьёзно?
— Я в отпуске.
Наташа ушла. Весь день она пыталась сосредоточиться, но мысли всё равно возвращались домой. Вечером она открыла дверь — и застыла.
В прихожей валялись сумки и обувь. На кухне раковина была забита грязной посудой. В холодильнике почти ничего не осталось — исчезли даже продукты, которые Наташа покупала на неделю. В ванной на полу лежали мокрые полотенца, зеркало было заляпано, кран не до конца закрыт.
— Дим! — Наташа вошла в гостиную. Дмитрий лежал на диване перед телевизором. Рядом стояли три пустые бутылки. — Что здесь произошло?
— Да ничего. Просто нормально пообедали.
Наташа заглянула в спальню — и замерла. Кровать была разворочена, подушки сдвинуты, одеяло скомкано и брошено на пол.
— Дима, — Наташа вернулась в гостиную, и её голос стал тихим, ледяным, — кто-то был в нашей спальне.
— А, ну, Борис с тётей днём там полежали. Говорят, диван слишком жёсткий.
— Они лежали в нашей кровати? — медленно, почти по слогам произнесла Наташа.
— Ну чего ты как ребёнок? Полежали и полежали.
В этот момент из ванной вышел Борис, в трусах и майке.
— О, хозяйка пришла. Слушай, может, ты будешь мыться пореже, а? Раз в неделю достаточно. А то тебе горячей воды не хватит.
Наташа долго смотрела на него, не двигаясь.
— Борис Валентинович, это моя квартира. Я буду мыться столько, сколько захочу.
— Ого, моя квартира, — усмехнулся Борис. — Слышал, Димка? У твоей жены характер!
— Ната, хватит, — сказал Дмитрий, не отрывая головы от подушки.
Наташа молча прошла на кухню, перемыла посуду, вытерла столешницы. Потом позвонила Светлане — её номер сохранился ещё с прошлого визита.
— Тётя Света, добрый вечер. Это Наташа, жена Димы.
— Наташенька! Как приятно тебя слышать! Как ты?
— Скажите, Галина всегда так ведёт себя в гостях?
Пауза.
— Наташа, милая, — голос Светланы сразу стал осторожным. — Сколько она уже у вас?
— Второй день.
— Послушай меня внимательно. Однажды Галина жила у нас неделю. После этого мне пришлось менять замки и отдавать всю мягкую мебель в химчистку. Я хотела предупредить Диму, но Людмила сказала, что я всё преувеличиваю.
— А Людмила Петровна знала, что Галина едет к нам?
— Конечно знала. Это она и дала ей ваш адрес.
Наташа медленно опустила телефон.
На третий день тётя Галина так и не записалась ни к одному специалисту, ради которых якобы приехала. Утром Наташа спросила прямо:
— Галина, когда ты собираешься идти в клинику? Я могу помочь записаться.
— Да не суетись ты. Мне ещё анализы забрать надо. Потом запишусь. Может, на следующей неделе.
— На следующей неделе? Ты говорила — на пару дней.
— Ну и что? Нам тут хорошо. Правда, Боря?
— Угу, — ответил Борис, намазывая на хлеб толстый слой масла. — Только хлеб черствый. Купи свежий.
Наташа повернулась к мужу.
— Дима, мне нужно с тобой поговорить.
— Ну так говори.
— Наедине.
Они вышли в коридор.
— Дим, так продолжаться не может. Они даже не собираются уезжать. Галина и не думает ни к каким врачам идти. Они живут здесь как в гостинице. Только в гостинице за проживание платят.
— Ната, это мои родственники. Я не могу просто взять и выгнать их.
— А меня, значит, можешь? Потому что, если ты не заметил, в этой квартире для меня уже не осталось места. Твоя тётя ходит в моём халате. Твой дядя лежит в моей кровати. Твоя кузина ест мою еду. А мой муж пьёт пиво и делает вид, будто всё в порядке.
— Ты преувеличиваешь.
— Дмитрий. Посмотри мне в глаза. Я прошу тебя один раз — поговори с ними. Назначь им срок. Или я сделаю это сама, и тебе не понравится, как именно.
— Ладно-ладно, поговорю.
Наташа ушла на смену. Вернулась в шесть вечера. Открыла дверь — и увидела на кухне двух незнакомых женщин. Одна, лет пятидесяти, сидела на табурете и ела руками виноград из миски. Другая стояла у окна и держала в руках Наташину кружку с кофе.
— Здравствуйте, — спокойно сказала Наташа. — А вы кто?
— Ой, это мои подруги! — вылетела из гостиной Галина. — Зинаида и Тамара. Я их позвала.
— В мою квартиру? Без моего разрешения?
— Да ладно тебе, квартира. И без тебя тут народу хватает, а ты всё командовать пытаешься.
— Наташенька, не жадничай, — улыбнулась одна из женщин. — Галя нам столько о тебе рассказывала.
— Интересно. И что же именно?
— Ну, что ты вроде не плохая девочка, только глупенькая слегка, — буднично сказала Галина, словно в этом не было ничего особенного. — И жадная. Поесть в доме толком нечего, телевизор маленький, полотенца тонкие.
