Аркадию Валентиновичу было пятьдесят девять. На сайте знакомств он представлялся мужчиной «старой школы, с классическим воспитанием и достойными манерами». На снимках — твидовые пиджаки, задумчивый взгляд из-под очков и бокалы с чем-то бордовым на фоне каминов.
Я, женщина тридцати восьми лет, к подобным «аристократам» всегда относилась с осторожным недоверием. Но после нескольких откровенно унылых встреч с ровесниками, которые с трудом поддерживали разговор, решила: почему бы и нет? В конце концов, приятная беседа за чашкой кофе ещё никому не мешала.
Мы встретились в довольно претенциозном кафе в центре города. Аркадий Валентинович явился с тростью — как позже выяснилось, исключительно для образа — и сразу начал демонстрировать свои «манеры»: отодвинул мне стул, похвалил пальто, а себе заказал чайник дорогого пуэра.
Сначала разговор действительно складывался неплохо. Поговорили о театре, архитектуре, новых книгах. Но, как часто бывает с мужчинами, считающими себя «настоящими», на втором часу общения Аркадия вынесло на любимую тему — как сильно испортились современные женщины.
Он аккуратно промокнул губы салфеткой, откинулся на спинку кресла и, глядя на меня с лёгким превосходством, начал свою речь.
— Понимаете, нынешний брак разрушается из-за женского эгоизма. Женщины забыли, в чём их настоящее предназначение. Все эти карьеры, саморазвитие, спортзалы… Всё это лишнее. Дом держится на женской энергии. Моя матушка, царствие ей небесное, никогда не позволяла отцу выйти на службу без горячего завтрака.
Я вежливо кивнула, помешивая ложечкой уже остывший капучино.
— И как, по-вашему, должна выглядеть правильная семейная жизнь? — спросила я, заранее понимая, что сейчас услышу классический патриархальный монолог.
Аркадий заметно оживился. Было видно, что благодарной слушательницы ему давно не хватало.
— Всё предельно просто. Настоящая женщина встаёт в 6 утра. Раньше мужчины. Сначала она приводит себя в порядок, чтобы муж не видел её растрёпанной, потом идёт на кухню и готовит полноценный завтрак. Не какие-нибудь хлопья с молоком! Блины, сырники, каша, свежесваренный кофе. Мужчина должен уходить в суровый внешний мир сытым и спокойным. А вечером, конечно, его должен ждать горячий ужин из трёх блюд, чистый дом, выглаженные рубашки и улыбающаяся жена, готовая выслушать. Вот это и есть любовь, вот это и есть служение семье.
Он замолчал, явно ожидая, что я сейчас проникнусь его мудростью и мысленно побегу замешивать тесто на блины.
Но вместо этого я полезла в сумочку. Не за платком, чтобы смахнуть слёзы умиления, а за телефоном.
— Что вы там делаете? — насторожился мой спутник, заметив, что я открыла калькулятор.
— Считаю вашу любовь, Аркадий Валентинович, — спокойно ответила я. — Давайте ваши красивые рассуждения переведём на язык простых цифр. Вы же взрослый деловой человек, должны понимать экономику.
Я положила телефон на стол между нами и начала вслух вводить суммы.
— Итак, первый пункт. Ежедневные горячие завтраки к шести утра и ужины из трёх блюд. Плюс закупка продуктов для всего этого великолепия. В Москве услуги приходящего повара, который готовит на одного-двух человек в таком режиме, стоят примерно 4–5 тысяч за выход. Но будем считать по-доброму, как постоянному клиенту. Месяц работы личного повара обойдётся вам примерно в 120 000 рублей.
Аркадий Валентинович перестал улыбаться снисходительной улыбкой.
— Пункт второй, — продолжила я, спокойно нажимая на экран. — Чистота в доме и идеально выглаженные рубашки. Хорошая домработница, которая убирает, стирает и гладит, берёт около 3,5–5 тысяч за один приход. Чтобы полы блестели, а рубашки всегда были свежими, приходить ей нужно хотя бы два-три раза в неделю. Это ещё минимум 40 000 рублей в месяц.
Я нажала на знак «равно».
— Итого: 160 000 рублей. И это только базовый бытовой пакет. Я даже не включаю сюда услуги личного психолога, которым, по вашей версии, жена должна быть каждый вечер, внимательно слушая, как тяжело вам живётся в этом несправедливом мире. А сеанс психолога, между прочим, сейчас тоже стоит от трёх тысяч.
Я развернула телефон экраном к нему. На дисплее светилась сумма 160 000.
— Скажите, Аркадий Валентинович, вы готовы первого числа каждого месяца переводить мне на карту сто шестьдесят тысяч рублей? Просто как компенсацию за те услуги, которые я буду оказывать вам, вставая в 6 утра и стоя у плиты? Обратите внимание, расходы на косметику, одежду и салоны красоты, чтобы не выглядеть перед вами «растрёпанной», я ещё даже не посчитала.
Твидовый пиджак вдруг перестал выглядеть благородно. Лицо моего собеседника покрылось некрасивыми красными пятнами. Весь его аристократический образ осыпался быстрее, чем сухие листья под сильным ветром.
— При чём тут деньги?! — голос его сорвался почти на фальцет. — Вы всё сводите к меркантильности! Я говорю о чувствах! О женском предназначении! О душе, наконец! Жена должна делать это из любви к своему мужчине, а не за зарплату!
— То есть, — я подперла щёку рукой и посмотрела ему прямо в глаза, — ваша душа хочет, чтобы повар и домработница обслуживали вас бесплатно? Какая у вас, однако, бережливая душа. Вы ищете не любовь, Аркадий. Вы ищете бесплатный персонал, прикрывая жадность красивыми словами о «традициях» и «предназначении». Но времена, когда женский домашний труд считался чем-то само собой разумеющимся и ничего не стоящим, давно закончились.
Я положила на стол купюру за свой кофе, встала и накинула пальто.
— Рада была познакомиться. Желаю удачи в поисках бесплатной прислуги. Только, боюсь, с такими запросами вам нужен не сайт знакомств, а агентство по подбору домашнего персонала. И да, будьте готовы: там с вами о великой любви беседовать не станут. Там сразу попросят предоплату.
Я вышла из кафе, вдохнула прохладный вечерний воздух и почувствовала удивительную лёгкость.
Почему-то многие мужчины, особенно старшего поколения, искренне уверены, что могут обменять пару комплиментов и чашку недорогого кофе на круглосуточное бытовое обслуживание.
Они называют это «хранить домашний очаг». Но стоит только достать калькулятор и перевести их романтические ожидания в реальные рыночные расценки, как сразу начинаются возмущения про женскую меркантильность.
Хотеть уют, чистоту и вкусную еду — нормально. Нормально хотеть заботы. Ненормально — пытаться получить труд двух оплачиваемых специалистов бесплатно, да ещё и требовать за это благодарности.
А как вы реагируете на подобные заявления мужчин? Встречались ли вам такие «аристократы», которые всерьёз считают, что женщина обязана вставать на рассвете, чтобы печь им блинчики?
