Однако кухня встретила его полной тишиной.
Возле раковины стояла вчерашняя чашка. На столе ничего не было. В холодильнике лежало несколько продуктов, из которых ещё предстояло приготовить еду.
Ни сырников, ни каши, ни даже нарезанного хлеба.
Андрей несколько раз открыл холодильник, словно надеялся, что завтрак каким-то чудом появится на одной из полок.
— Наташ! — громко позвал он. — А что у нас сегодня на завтрак?
Я сидела в гостиной, спокойно пила кофе и читала новости.
Раньше в это время я уже успевала приготовить еду, разбудить детей, проверить их рюкзаки и убедиться, что Дима не забыл спортивную форму.
Но в то утро я впервые за много лет просто сидела в кресле.
— Завтрака сегодня нет, Андрей.
Он появился в дверях и нахмурился.
— Как это нет?
Я невозмутимо пожала плечами.
— Плохие хозяйки не готовят завтраки. Я решила больше не подвергать тебя таким мучениям.
На его лице появилась снисходительная улыбка.
— Ты серьёзно решила устроить этот спектакль?
— Никакого спектакля. Я услышала твоё мнение и решила ему соответствовать.
Он ничего не ответил.
Молча достал хлеб, сделал себе простой бутерброд и ушёл на работу.
Я надеялась, что вечером он задумается.
Но всё произошло наоборот.
Домой Андрей вернулся уставшим и раздражённым. Снял куртку, бросил ключи на полку и сразу направился на кухню.
— Что у нас сегодня на ужин?
Я даже не обернулась.
— Ничего.
Он остановился.
— В каком смысле ничего?
— В самом прямом. Я не готовила.
— Наташа, это уже несмешно.
— А почему тебе должно быть смешно? Ты ведь сказал, что моя еда слишком простая. Я решила избавить тебя от необходимости её есть.
Он поднял крышку кастрюли.
Внутри было пусто.
Потом снова заглянул в холодильник.
Там лежали продукты, но готового ужина не было.
— Ты специально всё это делаешь?
Впервые за долгое время я ответила ему совершенно честно:
— Да. Я хочу, чтобы ты наконец увидел, сколько всего ежедневно происходит в этом доме.
Андрей раздражённо выдохнул.
— Я, между прочим, работаю!
Его слова задели меня гораздо сильнее, чем я ожидала.
— А я, по-твоему, чем занимаюсь? Отдыхаю целыми днями?
Он промолчал.
В этот момент из комнаты вышла Маша.
— Пап, а почему мама перестала готовить?
Андрей посмотрел сначала на дочь, затем на меня.
— Мама просто устала.
Услышав это, я едва не рассмеялась.
Просто устала.
Пятнадцать лет моего незаметного труда уместились для него в два слова.
На следующий день появилась новая проблема.
У Андрея закончились чистые рубашки.
Он открыл шкаф, долго перебирал одежду, а затем громко позвал меня:
— Наташ! Где моя белая рубашка? У меня завтра важная встреча!
— В корзине с грязным бельём, — спокойно ответила я.
— Почему она там?
— Потому что её нужно постирать.
— Так постирай!
Я подошла к двери спальни.
— Не могу. Ты ведь сам сказал, что я плохая хозяйка. Вдруг ещё испорчу дорогую рубашку?
Андрей посмотрел на меня тяжёлым взглядом.
Впервые он начал понимать, что происходящее не является кратковременным капризом.
Это был мой ответ на годы, в течение которых я молчала и терпела.
Однако сильнее всего его обеспокоило даже не отсутствие приготовленной еды и чистой одежды.
А приезд Валентины Ивановны.
Вечером свекровь появилась без предупреждения.
Она вошла в квартиру, сняла пальто и почти сразу начала оглядываться по сторонам.
— У вас здесь что-то странное творится…
Она заглянула в холодильник.
Осмотрела кухню.
Потом повернулась к сыну.
— Андрей, что здесь происходит?
Он промолчал.
А я впервые не стала оправдываться или пытаться скрыть беспорядок.
— Валентина Ивановна, ваш сын сообщил мне, что я никудышная хозяйка. Поэтому я решила больше не мешать ему жить так, как он считает правильным.
Свекровь удивлённо подняла брови.
— Ты действительно решила вести себя подобным образом?
— Совершенно серьёзно.
И тогда произошло то, чего я совсем не ожидала.
Андрей впервые не поддержал мать.
Он тихо произнёс:
— Мам, давай не сейчас.
В комнате повисла напряжённая пауза.
Кажется, мой муж начал понимать, что дело было вовсе не в грязной посуде, невыглаженном белье или слишком простом ужине.
Настоящая проблема заключалась в том, что долгие годы он воспринимал мой ежедневный труд как естественную обязанность, которая не заслуживает ни благодарности, ни внимания.
Но самое важное открытие ожидало его впереди.
Через несколько дней Андрею пришлось самому заняться всем тем, что раньше незаметно делала я.
Глава 3. Неделя без безупречной жены
К четвёртому дню моего домашнего протеста Андрей уже не улыбался.
Поначалу он был уверен, что я просто обиделась и вскоре сама устану от этой игры.
Он ожидал, что однажды вечером я не выдержу, приготовлю ужин, запущу стиральную машину и снова вернусь к привычному образу жизни.
Но этого не произошло.
Я перестала целыми днями бегать по квартире, пытаясь одновременно решить десятки задач.
