— Марина, ты случайно не видела мой синий галстук? Тот самый, в тонкую полоску, который мама подарила, — донёсся из спальни голос Вадима. Следом послышался знакомый звук застёгивающейся молнии на чемодане.
Марина стояла в прихожей, держа в руках пакет с продуктами. Она медленно вдохнула, стараясь не растерять остатки хорошего настроения.
Сегодня исполнялось ровно четыре года со дня их свадьбы.
Марина заранее договорилась уйти с работы пораньше, купила дорогую красную рыбу, свежие овощи и бутылку белого вина. Ей хотелось провести вечер вдвоём, спокойно поужинать и обсудить предстоящую поездку.
Отпуск в Сочи они планировали почти полгода.
— Галстук лежит в верхнем ящике комода, — ответила Марина, проходя на кухню. Она начала выкладывать покупки на стол. — Только зачем он тебе сегодня? Мы же собирались никуда не идти. И почему ты складываешь вещи? До нашего вылета ещё две недели.
Вадим появился в дверях кухни.
Выглядел он немного смущённым, но в глазах уже читалось знакомое выражение человека, который всё решил и теперь собирался лишь поставить жену перед фактом.
— Мариш, тут кое-что произошло. Ты только сразу не сердись. Дослушай сначала, ладно?
Марина медленно села на стул.
— Говори.
— Мама звонила. У неё снова давление скачет. Врач сказал, что ей обязательно нужно сменить климат и подышать морским воздухом. Желательно санаторий или хотя бы поездка на юг. В Крым она боится, в Кисловодск не захотела, поэтому мы выбрали Анапу. Я переоформил билеты. Летим завтра утром.
Несколько секунд Марина просто смотрела на мужа.
— Завтра?
— Да.
— Вадим, у меня сейчас отчётный период. Начальник согласился отпустить меня только через две недели. Ты прекрасно об этом знаешь. Мы именно поэтому и выбирали эти даты.
— Вот именно! — оживился Вадим, словно услышал не возражение, а подтверждение своей правоты. — Ты сейчас всё равно никуда не можешь поехать, а маме море требуется немедленно. Не пропадать же билетам и моему отпуску. Я свожу её на две недели, прослежу за здоровьем. А когда вернусь, мы что-нибудь придумаем. Может, на дачу съездим или выберемся куда-нибудь на выходные.
Он улыбнулся.
— Ты ведь не против? Мама так обрадовалась. Уже новый сарафан себе купила.
Вадим смотрел на жену своей привычной доброй улыбкой и явно ожидал, что она, как всегда, вздохнёт, обнимет его и скажет, что здоровье Тамары Ивановны действительно важнее всего.
Он давно привык, что Марина понимает любую ситуацию.
Когда свекрови понадобилось срочно выкапывать картошку именно в день рождения Марины, они поехали на дачу.
Когда Тамара Ивановна заявила, что обои в спальне молодых слишком тёмные и угнетающе действуют на психику, Вадим настоял, чтобы стены переклеили в мелкие цветочки, которые выбрала его мать.
Но сейчас внутри Марины что-то неприятно сжалось.
Год назад Вадим уже уезжал «буквально на три дня», чтобы проводить мать до санатория. В итоге он остался там почти на две недели.
Марина в это время одна устраняла последствия прорвавшейся трубы, вызывала мастеров и договаривалась с затопленными соседями.
Теперь история повторялась.
— Ты расстроилась? — спросил Вадим. — Мариш, это моя мама. Я не могу оставить её одну, когда ей плохо. Ты же у меня понимающая, добрая…
Марина поднялась и подошла к окну, чтобы муж не заметил выражения её лица.
— Конечно. Езжайте.
— Правда?
— Да. Иди собирайся.
Вадим радостно чмокнул её в щёку и вернулся в спальню, напевая себе под нос.
Марина осталась у окна.
На улице ветер раскачивал ветви старого тополя, а она пыталась понять, действительно ли именно так выглядит семейная жизнь, о которой она когда-то мечтала.
Весь оставшийся вечер прошёл в бесконечной суете.
Вадим созванивался с Тамарой Ивановной каждые пятнадцать минут.
По обрывкам разговоров Марина слышала, что мама не может решить, брать ли шерстяную кофту, что ей нужен определённый крем от солнца и что она переживает, хватит ли в номере полотенец.
О годовщине свадьбы никто так и не вспомнил.
Рыба остывала в духовке.
Бутылка вина осталась закрытой.
За столом супруги почти не разговаривали.
Вадим постоянно рассматривал в телефоне фотографии отеля, который выбрала Тамара Ивановна.
— Посмотри, какая красота, — он протянул жене экран. — Маме точно станет лучше. Набережная рядом, пляж в пяти минутах. Правда, пришлось взять двухкомнатный номер. В тесном помещении у мамы начинает кружиться голова.
Марина молча посмотрела на фотографии.
— Цена, конечно, вышла выше, чем мы рассчитывали, — продолжил Вадим. — Пришлось немного взять из накоплений на машину. Но здоровье близкого человека важнее, правда?
Марина кивнула и продолжила разламывать вилкой холодную рыбу.
Ей было горько и унизительно.
Квартира, в которой они жили, принадлежала ей. Жильё досталось от бабушки.
Марина сама оплачивала ремонт, подбирала мебель, покупала технику и постепенно создавала уют.
Вадим въехал к ней с одним чемоданом.
