Андрей без особого желания возвращался домой к тяжело больной жене, дни которой, казалось, уже были сочтены. Но, случайно услышав её разговор, он застыл на месте…
Андрей медленно брёл по вечерней улице, почти не обращая внимания ни на прохожих, ни на светящиеся витрины магазинов. Рабочий день закончился ещё час назад, но он специально задерживался — находил себе лишние дела: то помогал сослуживцу с отчётом, то без всякой необходимости перебирал бумаги, то просто сидел за столом и смотрел в окно. Домой возвращаться не хотелось совсем. От одной мысли об этом внутри поднималась тяжёлая, вязкая тоска. Когда-то всё было по-другому. Раньше он торопился домой, потому что там его ждала Елена. Они вместе ужинали, делились новостями, мечтали об отпуске, смеялись над мелочами. А теперь квартира стала местом, где каждая вещь напоминала о болезни. Уже несколько месяцев Елена медленно угасала. Врачи говорили осторожно, не решаясь произносить прямые прогнозы. Но Андрей давно научился понимать правду по их глазам.
Он вошёл во двор и привычно поднял взгляд к окнам своей квартиры. Свет горел только в спальне. Обычно в это время Елена уже лежала после очередного изматывающего дня. От мысли, что сейчас он снова увидит её бледное лицо и услышит слабый тихий голос, у Андрея болезненно сжалось сердце. Он сам себя ненавидел за эти чувства. Он понимал, что Елене несравнимо тяжелее. Это она боролась с болезнью, терпела процедуры, боль и усталость. Но постоянное напряжение постепенно выжигало его изнутри. Он почти перестал спать нормально. Ночами вслушивался в каждый её вздох, боясь однажды услышать пугающую тишину. Утром вставал разбитым и всё чаще ловил себя на ощущении, что живёт словно на автомате.
Поднимаясь по лестнице, он невольно стал идти медленнее. На площадке было тихо. Только где-то у соседей приглушённо работал телевизор. Андрей достал ключи, но открывать дверь не спешил. Несколько секунд он стоял неподвижно, глядя перед собой, и вдруг услышал голос Елены. Она говорила по телефону. Уже это показалось ему странным. В последние недели жена почти никому не звонила. Ей часто не хватало сил даже на короткий разговор, но сейчас её голос звучал удивительно собранно.
— Да, я всё понимаю, — тихо произнесла она.
Андрей уже хотел вставить ключ в замок, но следующая фраза заставила его замереть:
— Главное, чтобы Андрей пока ничего не узнал.
Ключ застыл в его пальцах. Он нахмурился и невольно прислушался.
— Нет, сейчас говорить ему рано, — продолжала Елена. — Он и так слишком много пережил.
Андрей почувствовал, как внутри поднимается тревога. О чём она говорит? Что она от него скрывает? Он никогда не считал Елену человеком, способным на тайны. За годы брака между ними почти не было секретов, поэтому услышанное прозвучало особенно тревожно. Елена тем временем продолжала:
— Документы уже почти все готовы. Осталось совсем немного.
У Андрея перехватило дыхание. Документы? Какие ещё документы? В голове мгновенно промелькнули десятки мыслей. Может, речь о завещании? Или о долгах, о которых он ничего не знает? А может, о чём-то куда более серьёзном? Он стоял у двери, не двигаясь, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. В квартире на мгновение стало тихо, а затем Елена произнесла почти шёпотом:
— Надеюсь, когда всё откроется, он поймёт, почему я так сделала.
После этих слов Андрей окончательно потерял покой. Он смотрел на дверь собственной квартиры и впервые за много лет ощущал, что совершенно не знает, что происходит по другую сторону. Ещё несколько секунд он стоял на месте, не решаясь пошевелиться. Внутри перемешались тревога, растерянность и неприятный холодный страх. Он никогда не любил подслушивать чужие разговоры и сейчас чувствовал стыд, но услышанные слова уже невозможно было выбросить из головы.
Наконец он повернул ключ и вошёл. В прихожей было тихо. Из спальни падал слабый свет настольной лампы. Елена уже завершила разговор. Когда Андрей вошёл в комнату, она лежала на кровати с закрытыми глазами. Услышав его шаги, женщина открыла глаза и слабо улыбнулась.
— Ты пришёл?
— Да, немного задержался на работе, — ответил он, внимательно всматриваясь в её лицо.
Елена выглядела как всегда: уставшая, бледная, сильно похудевшая. Ничто в ней не выдавало человека, который несколько минут назад говорил о каких-то тайных документах.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Андрей.
— Нормально. Сегодня даже немного легче, чем вчера, — ответила она спокойно и естественно. Настолько естественно, что Андрей на мгновение даже усомнился, правильно ли понял её телефонный разговор.
Он ушёл на кухню готовить ужин. Руки сами выполняли привычные действия, но мысли были далеко. Он снова и снова прокручивал услышанные фразы: «Главное, чтобы Андрей пока ничего не узнал. Документы готовы. Когда всё откроется, он поймёт». С каждым разом эти слова звучали всё тревожнее. За ужином они почти молчали. Елена заметила его отстранённость.
— Что-то случилось? — спросила она.
— Нет, просто устал.
