Владелец гостиницы сидел у себя в кабинете, перебирая документы. Цифры в отчётах не радовали: сезон оказался провальным, значительная часть номеров пустовала, а кредиторы уже всё настойчивее напоминали о долгах. Он устало потёр переносицу, когда внезапно зазвонил телефон. На экране высветился международный номер.
Он сразу догадался, кто звонит. Это были те самые арабские инвесторы, которые когда-то вложили серьёзные деньги в обновление отеля. Подняв трубку, он на безупречном арабском вежливо поприветствовал собеседника. В ответ прозвучал такой же уверенный и холодный голос. Разговор длился недолго.
— Сегодня вечером. Ужин. Мы ждём вас вместе с вашей супругой.
Он застыл. Объяснить, что никакой супруги у него нет, он не успел — связь оборвалась. Положение и без того было шатким. Если инвесторы решат вывести свои деньги, гостиница просто не удержится на плаву. Отказаться от встречи было невозможно. Но где за несколько часов найти женщину, которая сыграет жену на один вечер? Искать актрису было опасно, обращаться к знакомым — унизительно. Времени почти не оставалось. И тут в дверь постучали.
— Сэр, можно убрать у вас в кабинете?
Вошла Вероника, одна из горничных. Он видел её каждый день, но, по сути, никогда не всматривался. Высокая, с длинными волосами, ровной осанкой и спокойным взглядом. В ней чувствовалась какая-то сдержанная уверенность и врождённое достоинство. И именно в этот момент у него появилась мысль. Он быстро изложил ей ситуацию.
— Это всего лишь ужин. Тебе нужно просто сидеть рядом, улыбаться и иногда поддакивать. Ничего лишнего не говорить. Я хорошо тебе заплачу. Надеюсь, вилкой и ножом пользоваться умеешь.
Вероника молча выслушала его до конца.
— Хорошо, — ровно ответила она. — Я согласна.
Вечером они уже сидели за столом вместе с инвесторами. Трое мужчин в национальной одежде внимательно следили за каждым движением владельца отеля. Сначала разговор был подчёркнуто вежливым, но очень быстро перешёл к сути.
Инвесторы говорили на арабском, будучи уверенными, что Вероника их не понимает.
— Ваш отель приносит убытки. Мы вложились в реконструкцию, но результата так и не увидели. Мы хотим вернуть свои деньги, — произнёс один из них.
Хозяин гостиницы почувствовал, как у него холодеют ладони. Он начал говорить о сезонных трудностях, кризисе, перспективах и новых идеях, но даже сам понимал, что его доводы звучат не слишком убедительно.
Инвесторы обменялись взглядами.
— Нам нужны гарантии. Иначе мы выходим из проекта.
Он почти смирился с поражением.
И именно тогда Вероника аккуратно положила вилку, подняла глаза на инвесторов и на чистом, грамотном арабском заговорила сама.
За столом повисла полная тишина.
— Господа, — произнесла она спокойно, — проблема не в самом отеле. Проблема в выбранной стратегии. Вы вложили средства в ремонт, но не в правильное позиционирование. Этот объект не для массового туриста. Его аудитория — деловые гости и закрытые мероприятия. Отелю нужно сменить формат: создать приватный клубный сервис, поднять стоимость номеров и сократить расходы на этажи, которые сейчас простаивают.
Она говорила уверенно, без лишних эмоций и показной важности.
— Я окончила университет в Дубае по специальности гостиничный менеджмент. И каждый день своими глазами вижу, какие управленческие ошибки здесь совершаются.
Инвесторы слушали уже совсем иначе.
— Дайте нам три месяца. Мы закроем два этажа и переделаем их под премиальные апартаменты, запустим закрытые деловые ужины, и тогда вы получите не возврат вложений, а прибыль.
Сказав это, она спокойно взяла бокал воды.
На этот раз инвесторы переглянулись уже с другим выражением лиц.
— Почему вы работаете горничной? — спросил один из них.
— Потому что иногда за подчинёнными нужно наблюдать изнутри, — спокойно ответила Вероника.
Через неделю инвесторы подписали новое соглашение о развитии проекта.
А владелец гостиницы вдруг понял, что его самая серьёзная ошибка была не только в бизнесе. Всё это время он просто не замечал, какой человек работает рядом с ним.
