— Документы готовы, Елена Сергеевна. Осталась только ваша подпись.
Я смотрела, как моя дочь Алина нервно мнёт край скатерти, пока нотариус раскладывает перед нами бумаги. Её муж Игорь самодовольно улыбался, поглаживая живот жены. Четвёртый месяц беременности. Двойня — как они с гордостью объявили всем знакомым.
— Мам, ты же понимаешь, это просто формальность? — Алина подняла на меня свои карие глаза, точь-в-точь как у отца. — Это нужно только для банка, чтобы нам одобрили ипотеку. Квартира как была твоей, так и останется.
Я взяла ручку в руку.
А началось всё три недели назад. Воскресным утром я варила кофе и собиралась съездить на дачу — подвязать помидоры, собрать малину. Вдруг в дверь позвонили.
— Мамуля, мы к тебе! — Алина ввалилась в квартиру с двумя чемоданами, а следом Игорь заносил коробки.
— В гости? — я шагнула в сторону, пропуская их.
— Нет, жить. Мы всё решили. Свою квартиру будем сдавать — там нужен ремонт, а нам надо копить деньги на детей. У тебя же три комнаты, одна всё равно пустует.
Кофе пролился на мою белую блузку. Я пыталась промокнуть пятно, одновременно соображая, что ответить.
— Алина, это же… Мы ведь не договаривались…
— Мам, хватит жить только для себя! — дочь бросила чемодан прямо посреди прихожей. — Тебе уже пятьдесят два, какая ещё личная жизнь? Будешь сидеть с внуками и обеспечивать нас. Мы твоя семья!
Игорь, не говоря ни слова, прошёл на кухню и открыл холодильник.
— Елена Сергеевна, а что у нас на обед? Алине нужно хорошо питаться, всё-таки двойня.
Я опустилась на табурет в прихожей. Дочь уже начала раскладывать вещи в гостевой комнате, а Игорь тем временем изучал содержимое моих кухонных шкафов.
— Мам, только не начинай! — крикнула Алина из комнаты. — Папа тебе квартиру оставил, не ты её заработала. А я единственная дочь, так что имею право!
Папа. Мой муж, умерший пять лет назад от инфаркта. Да, именно он купил эту квартиру, но все эти двадцать лет я содержала её, делала ремонт, платила коммунальные из своей учительской зарплаты.
— И вообще, — Алина вышла с моей любимой вазой в руках, — здесь столько хлама! Всё это отвезём на дачу, освободим место под детские вещи.
— Это подарок твоей бабушки на мою свадьбу…
— Мам, ну что ты как маленькая? Прицепилась к вещам! Надо думать о будущем, о внуках!
Следующие дни превратились в настоящий кошмар. Игорь валялся на диване и требовал еду трижды в день. Алина распоряжалась: не так готовлю, не те продукты покупаю, слишком громко хожу — ей, видите ли, нужен покой.
— Кстати, мам, — сказала она за ужином на третий день, — нам надо оформить дарственную. На меня.
— Зачем? — я чуть не подавилась котлетой.
— Ну мало ли что с тобой случится. У вас же в семье инфаркты — папа вон рано умер. А так всё будет по закону, без мороки с наследством.
Игорь согласно кивнул:
— Это разумный шаг, Елена Сергеевна. И вообще, если квартира будет записана на Алину, нам проще будет взять ипотеку на расширение. Детям ведь нужно пространство.
Я смотрела на свою дочь и не узнавала её. Когда это произошло? В какой момент моя девочка, которую я растила одна после развода, которой отдавала всё до последней капли, превратилась в эту холодную, расчётливую женщину?
— Я подумаю.
— Думай быстрее, — усмехнулся Игорь. — Нотариус на следующей неделе уходит в отпуск.
Ночью я не сомкнула глаз. Лежала и слушала, как за стеной Алина с Игорем обсуждают будущий ремонт.
— Стену между комнатами уберём, сделаем детскую. А мамину спальню — под гардеробную.
— А она сама где будет жить? — спросил Игорь.
— На даче. Или пусть снимает что-нибудь. Маме много не нужно, она неприхотливая. Зато сможет приезжать к внукам и помогать.
В груди болезненно кольнуло. Но не от обиды — от ясного осознания. Они уже всё решили за меня. Для них я была просто использованным материалом, из которого ещё можно выжать выгоду.
Утром позвонила моя подруга Марина.
— Лен, ты чего трубку не берёшь? Я тебе ещё вчера звонила.
— Алина с Игорем переехали ко мне. Телефон пришлось поставить на беззвучный, чтобы не мешать.
— Переехали? Насовсем?!
Я вышла на балкон и осторожно прикрыла за собой дверь.
— Марин, мне нужна помощь. Твой сын ведь юрист?
— Да, конечно. А что произошло?
— Потом расскажу. Можешь дать его номер? И ещё… помнишь, ты рассказывала о своей знакомой из опеки?
План созрел за два дня. Сын Марины, Олег, оказался толковым и сообразительным.
— Елена Сергеевна, дарственную оформляйте. Но одновременно мы составим договор пожизненного содержания с иждивением. И договор ренты. По закону, если одаряемый не выполняет обязательства, дарение можно отменить.
— Но они ведь такое не подпишут.
— А вы не акцентируйте на этом внимание. Нотариус — мой знакомый, он подготовит весь пакет. Среди обычных бумаг ваши родственники вряд ли разберутся, подпишут всё не глядя. Главное — при свидетелях зафиксировать их обещания вас содержать.
— Это вообще законно?
