— Зачем мне становиться сиделкой для дедушки? Что ты можешь мне дать? Квартиру? Машину? — так ответила мне 24-летняя девушка на моё предложение руки и сердца. Анатолий, 43
«Зачем мне быть сиделкой для дедули? Что ты мне предложишь? Квартиру? Автомобиль?» — произнесла она без малейшей попытки сгладить слова, глядя на меня так, будто перед ней стоял не мужчина в нормальном возрасте и при силах, а залежавшийся товар с истёкшим сроком годности, который забыли вовремя списать. И именно в эту секунду я впервые за долгое время всерьёз задумался: неужели мир действительно так изменился, что в сорок три тебя уже спокойно отправляют в разряд «дедов», при этом не стесняясь прямо в лицо называть цену возможных отношений — без игры, без намёков, без кокетства.
Мне 43 года. Женат я никогда не был. Да, отношения были, два раза жил с женщинами — примерно по два года в каждом случае. Всё было по-человечески: без ужасов, без громких драм, просто со временем стало ясно, что не подходим друг другу, и мы расходились как взрослые люди. Я всегда считал это скорее плюсом: нет алиментов, нет бывшей жены, нет тяжёлого семейного шлейфа, нет бесконечных сравнений и старых конфликтов. Но, как выяснилось, в нынешней реальности это почему-то воспринимается не как достоинство, а как тревожный сигнал. Будто если мужчина к сорока с лишним ни разу не был женат, значит, в нём обязательно есть какой-то скрытый изъян, дефект, непрошедшая проверку версия.
Я честно решил: пора. Захотелось семьи, женщины рядом, уюта, детей, нормальной жизни. И да, скрывать не буду: мне хотелось молодую, красивую, ухоженную женщину — желательно до двадцати восьми. Хотелось, чтобы рядом была та, на кого приятно смотреть, чтобы друзья с лёгкой завистью спрашивали: «Где ты такую нашёл?» Мне это не казалось чем-то постыдным. Я мужчина, я работаю, зарабатываю, у меня есть своя квартира, машина, стабильный доход. Не пью, не курю, выгляжу прилично, за собой слежу. Мне казалось, что на брачном рынке я вполне неплохой вариант.
Но оказалось, что рынок давно изменился, и правила там уже совсем другие. И в этих новых правилах я внезапно оказался не тем, кто выбирает, а тем, кого рассматривают, оценивают и сравнивают с другими предложениями.
Первое свидание. Девушке 26 лет. Познакомились в приложении, неделю переписывались, она смеялась над моими шутками, писала: «С тобой интересно», «Ты необычный», «Мне легко с тобой общаться». Я уже начал думать, что наконец-то попалось нормальное знакомство — без перекосов, без торгов, просто человеческий интерес. Но стоило нам встретиться вживую, как разговор быстро свернул совсем не туда.
Она посмотрела на меня оценивающе, даже не пытаясь это скрыть, и минут через пятнадцать спросила:
«А какая у тебя машина?»
Я ответил.
«Квартира своя?»
Снова ответил.
«А сколько ты зарабатываешь?»
Вот тут я уже понял, что это не свидание. Это было что-то вроде собеседования, только я в нём был не человеком, а объектом проверки на финансовую пригодность. Самое удивительное — она совершенно не смущалась. Задавала вопросы так буднично, будто спрашивала, буду ли я чай или кофе.
Когда я в ответ спросил:
«А ты чего хочешь от отношений?»
Она улыбнулась и сказала:
«Комфорта. Чтобы мужчина закрывал мои потребности.»
И всё. Ни тени неловкости. Ни попытки завуалировать. Просто формулировка, как из коммерческого предложения.
Второе свидание оказалось ещё показательнее. Девушке 24 года. Красивая, ухоженная, именно та самая «картинка», ради которой, как мне тогда казалось, мужчине и стоит стараться. Мы встретились в ресторане, я оплатил ужин, всё было как принято. В какой-то момент разговор плавно перешёл к будущему.
Я сказал:
«Я хочу семью, детей, нормальные серьёзные отношения.»
Она посмотрела на меня совершенно спокойно и спросила:
«А что ты можешь дать?»
Я сперва даже не понял, что именно она имеет в виду.
«В каком смысле?»
«Ну ты же хочешь молодую девушку, верно? Значит, должен понимать, что у неё есть выбор. Почему она должна выбрать именно тебя?»
И вот с этого момента начался разговор, после которого у меня окончательно съехала прежняя картина мира.
«Ты старше, — сказала она, — значит, разницу нужно компенсировать ресурсами. Квартира, машина, деньги, уровень жизни. Иначе в чём смысл?»
Я попытался сказать, что отношения — это не только деньги, что есть чувства, уважение, совместимость, забота. Но она лишь равнодушно пожала плечами:
«Это всё потом. Сначала база.»
И именно тогда я услышал ту самую фразу:
«Зачем мне быть сиделкой для дедули?»
Она произнесла это без злости и даже без насмешки. Просто как факт. А потом добавила:
«Хочешь молодую — соответствуй.»
С того свидания я вышел с ощущением, будто меня только что вскрыли, разобрали на детали, оценили по остаточной стоимости и вернули обратно на полку.
Но самое неприятное заключалось в том, что это были не отдельные странные случаи. Это оказалось почти системой.
