Тёмно-карие глаза моей свекрови просто прожигают собеседника насквозь. Глядя в них теряешься и боишься сказать что-то не так, даже если разговор идет самый, что ни на есть заурядный, о погоде или о каких-то бытовых пустяках. Алевтина Петровна, и улыбаясь, всегда смотрела строго, будто детектор лжи.
Еще, моя свекровь хорошо гадает на картах. Довольно много знакомых и родственников обращаются к ней, чтобы «разведать», что будет. Гадала она и мне. Когда, разложив колоду, начала рассказывать о моем прошлом и настоящем, я поразилась – свекровь увидела то, о чем точно знать не могла. После гадания я ей в шутку посоветовала открыть кооператив и зарабатывать на этом деньги, но Алевтина Петровна строго посмотрела своим пронзительным взглядом и сказала:
— Нельзя за это деньги брать. Грех это.
От ее взгляда мне стало не по себе, и я быстро согласилась:
— Ну, раз нельзя, то, конечно, не нужно…
После этого свекровь еще пару раз заводила тему денег, мол, это не главное. И, что бы вы думали? Это «не главное» у нас с мужем стало изрядно напрягать. Мы не могли свести концы с концами, то мужа премии лишат, то меня за парковку оштрафуют, то еще какие-то непредвиденные расходы, словом, на себе прочувствовали «воспитательную» суть слов Алевтины Петровны.
Не могу сказать, что мы с ней общались очень уж напряженно, наоборот, она всегда радушно встречала нас у себя, приезжала к нам, всегда не с пустыми руками, но скрытые «резервы» свекрови постоянно проявлялись, то в одном, то в другом.
Почему-то она не любила обновки. Это касалось и вещей, и предметов быта, и вообще, любых перемен. И не из-за жадности мама мужа не хотела покупать себе новое постельное белье, обувь, одежду и т.д. Она жила в этом своем мире старых, привычных вещей и предметов, считала их «проверенными» и надежными, даже, если на простынь нужно было наложить очередную заплату.
Не одобряла Алевтина Петровна и покупки других, со временем я поняла, что лучше не хвастаться новым кухонным комбайном (сгорел через неделю), брендовой сумочкой (разрезали в магазине), даже такая, чисто женская вещь как помада как будто случайно раздавилась ножкой стула. Я тогда не заметила, что она скатилась на покрытие, и в итоге, переставив стул, лишилась помады и вычищала ковер от ее остатков.
Неоднократно убедившись, что свекрови лучше не говорить о новшествах в жизни, я перестала ей сообщать о наших покупках. И, опять же, хоть верь, хоть не верь, продолжительность «жизни» у приобретений стала обычной.
Забеременев, я, конечно же, ощутила в полной мере способности свекрови предвидеть события. Она очень точно прогнозировала весь ход беременности безо всяких анализов, уже получая медицинские результаты, в этом я тоже убедилась не один раз. Стоит ли говорить, что пол ребенка Алевтина Петровна определила даже не задумываясь? Когда УЗИ подтвердило, что будет мальчик, я улыбнулась и сказала врачу, делавшему исследование, что свекровь это знала еще на третьей неделе беременности. Врач со скепсисом отнесся к моему сообщению, мол, это просто совпадение, но он просто не знал, сколько таких «совпадений», связанных с Алевтиной Петровной у меня уже было.
На девятом месяце свекровь пришла к нам в гости, принесла свою замечательную выпечку и за чаем опять коснулась темы беременности и родов:
— Ты молодец, хорошо отбегала, и родишь тоже хорошо, в четверг тебе рожать.
Я попыталась уточнить, в какой, следующий, или через неделю, но свекровь замкнулась и не сказала. Добавила только, что акушерка «часы перепутает». Что это означало, я тоже не поняла, но больше о родах будущая бабушка говорить не захотела.
И все состоялось, как по расписанию – вечером в среду у меня отошли воды, а родила нашего Дениса я в пять утра, в четверг. Родила хорошо, без разрывов и родовых травм малыша, а когда он громко закричал, акушерка, фиксируя время, сказала:
— Шесть часов пять минут!
И тут же исправилась:
— Ой, пять часов шесть минут, что это я?
Я, лежа еще на кресле, улыбнулась, но не стала озвучивать, «что это она» …
Уже в палате я снова вернулась в мыслях к свекрови и вдруг поняла, чего я боюсь – того, что ее неприятие всего нового может сказаться на нашем маленьком. И чем дальше, тем больше я боялась встречи бабушки в внуком, представляя, как она будет смотреть на него своими глазами-буравчиками.
Проведавший меня муж заметил перемены в настроении и спросил:
— Что это с нашей замечательной мамочкой происходит?
Я поделилась с ним своим страхами и муж, хоть и попытался успокоить меня, но было видно, что и сам теперь испытывает те же опасения, что и я.
Не думаю, что свекровь случайно не пришла на выписку из роддома. Скорее всего, она знала, что мы не хотим ей показывать Дениса, потому и осталась дома, поздравив нас по телефону и сказав, что потом принесет подарки.
Прошел месяц. Бабушка не интересовалась ни мной, ни внуком, изредка общаясь по телефону со своим сыном. Я удивилась такому затишью, но вскоре все прояснилось.
