«Наклонись!» — велел тюремный доктор новой заключённой. Но, заметив ЭТО, он резко побледнел…
Когда Елизавету привезли по этапу в исправительную колонию, ей едва исполнилось двадцать два года. Позади остались судебные заседания, суровый приговор и десятки вопросов, на которые никто не собирался отвечать. Она сама не могла понять, почему получила восемь лет. Чью вину взяла на себя. И зачем на протяжении всего суда упорно молчала.
Женщины, работавшие в приёмном отделении, украдкой переглядывались. Тоненькая, совсем молодая, с чистыми и немного испуганными глазами, Лиза совершенно не походила на остальных прибывших. Она выглядела скорее заблудившимся ребёнком, чем опасной преступницей.
— Снимай одежду. Сейчас будет полный осмотр, — равнодушно произнёс дежурный медик.
Лиза ничего не спросила и молча выполнила приказ. Ей слишком часто приходилось подчиняться чужой воле. Делать то, что от неё требовали, не пытаясь спорить. Со временем это превратилось в привычку.
— Наклонись, — бесстрастно сказал врач, готовясь провести обычную процедуру.
Но внезапно застыл на месте…
Перед ним не было ни характерных татуировок, ни старых рубцов, ни признаков заболеваний, которые он видел практически каждый день за долгие годы службы. Его внимание привлекло совсем другое.
Чуть выше копчика, на пояснице девушки, виднелось небольшое красноватое родимое пятно, напоминавшее кривоватое сердечко. Точно такая же отметина была у его младшей сестры Алины, бесследно исчезнувшей восемнадцать лет назад, когда ей было всего четыре года. Девочку искали повсюду, но в городском парке обнаружили лишь её платьице.
— Повернись ко мне, — хрипло произнёс врач. Он снял очки и несколько раз протёр стёкла, хотя на них не было ни единого пятнышка. — Как тебя зовут?
— Лиза, — тихо ответила девушка, продолжая смотреть в пол. — Елизавета Петрова.
Доктор с трудом втянул воздух. Фамилия ему ничего не говорила, однако в личном деле заключённой, которое он успел мельком изучить, местом рождения был указан именно тот город, где когда-то жила его семья. Рядом находился и тот самый парк.
— Тебе известно, где сейчас твоя мать? — осторожно спросил он, пытаясь сохранить спокойствие, хотя пальцы уже заметно дрожали.
Лиза медленно подняла глаза. Прежняя безразличная покорность исчезла. Теперь в её взгляде читались настороженность, боль и страх человека, который слишком много раз доверял не тем людям.
— Она умерла, — почти беззвучно произнесла девушка. — Мне тогда было восемь. Перед смертью она призналась, что я не её родная дочь. Сказала, что меня однажды принесли домой…
Врач схватился за край металлического стола, боясь потерять равновесие. Он вспомнил эту женщину. Когда-то она жила неподалёку от их дачи и всегда как-то особенно наблюдала за маленькой Алиной. А после исчезновения ребёнка внезапно уехала из города. Вместе со своей неожиданно появившейся «дочерью».
— Надень халат, — распорядился он, но голос предательски сорвался. — Немедленно.
Доктор выбежал из смотрового кабинета и стремительно направился по коридору. На ходу он стянул белый халат и бросил его в руки растерявшемуся надзирателю.
— Срочно вызывайте следователя! — закричал он, даже не обернувшись. — И найдите хорошего адвоката. Эта девушка не преступница. Она… — мужчина замолчал, потому что горло перехватило от нахлынувших эмоций. — Она моя младшая сестра, похищенная восемнадцать лет назад.
Он ворвался в туалетную комнату и изо всей силы ударил кулаком по холодной кафельной стене. Кожа на костяшках мгновенно лопнула, выступила кровь. Все эти годы он обвинял себя в том, что однажды выпустил ладошку Алины всего на несколько секунд, решив купить ей мороженое. И теперь потерянная сестра находилась в нескольких метрах от него — измождённая, напуганная и приговорённая за преступление, которого, возможно, никогда не совершала.
Через несколько минут врач снова вошёл в кабинет. Лиза стояла посреди комнаты в грубом казённом халате, по-прежнему не решаясь поднять голову.
— Присядь, — уже совсем другим, спокойным голосом сказал он и подал ей стакан воды. — Расскажи, что произошло. Начни с самого начала. Я обязательно постараюсь тебе помочь.
Она посмотрела на него так, словно не могла поверить услышанному. Так смотрит измученное бездомное животное на человека, который впервые протягивает к нему ладонь не для того, чтобы ударить.
А затем тихо спросила:
— Почему вы хотите мне помочь?
— Потому что мы с тобой одной крови, — ответил мужчина. — Потому что я искал тебя почти всю свою жизнь. И теперь никому не позволю окончательно тебя сломать.
За дверью послышались быстрые шаги, громкие голоса и короткие распоряжения. К кабинету спешили начальник колонии, следователь и судебный эксперт. Врач поднял всех, кто мог вмешаться, пересмотреть дело и остановить происходящий кошмар.
Лиза осторожно сделала первый глоток воды. И впервые за много лет почувствовала, что рядом появился человек, который не предаст, не бросит и не отвернётся от неё.
